Разбитый мир II. Сердце Триединства

Дожидайся учителя в положенном месте!

Дармер не смог ответить – Мистихт ушла во дворец за Гимнуром. Свита направилась следом.

Дармер остался стоять на площади, не желая слушать надменную азарларку. Парень оставался в одиночестве недолго – не считать же за компанию стражей, застывших изваяниями – Гефест Кандаон скоро появился из-за колонн.

– Приветствую, Ваше Старейшинство, – при посторонних Дармер обращался к учителю, как полагалось.

Гефест едва заметно поморщился от официоза, но так, что кроме Дармера этого никто не заметил.

– Здравствуй, Дармер. Гимнур сказал, что ты дожидаешься меня. Пойдем.

Они двинулись к лестнице, ведущей на Драконий причал. Старейшина заговорил снова, когда они спустились на один этаж вниз, и стражи больше не могли их слышать.

– Мистихт недовольна твоими визитами во дворец.

– А разве она бывает когда-нибудь довольна? – вырвалось у Дармера.

Кандаон строго посмотрел на ученика, как бы напоминая, что они о Старейшине говорят, чей возраст превышает семь сотен лет.

– Простите, – пробормотал Дармер.

– Вокруг острова есть непроницаемый барьер, но он активен не всегда, – пояснил Гефест. – Его включают лишь, когда нам грозит опасность. Проникнуть сюда, прилетев, возможно. Разумеется, за небесами непрерывно следят, и злоумышленника, если такой появится, немедленно собьют. Однако не стоит исключать любые вероятности.

– Мне кажется, дело не только в полетах, – сказал Дармер.

Старейшина молчал долго. Они успели спуститься с лестницы и проделать половину пути до полигона. Но все же решился сказать.

– Мистихт считает Гимнура виновным в войне.

Услышанное не удивило Дармера.

– Потому что он отдал Гильдии власть?

Всем было известно, что когда-то Гимнур Спинорог передал многие свои обязанности этой организации. И не только Мистихт считала его виновным в том, что Гильдия захватила целый континент и развязала войну, стремясь захватить власть и там.

Гефест кивнул. На его лице была печаль.

– Вы сами так не считаете? – решился спросить Дармер.

– Ситуация, – начал Кандаон, – гораздо, гораздо сложнее, чем кажется. Я присутствовал при тех событиях и знаю, о чем говорю. Видел, как вымотан был Гимнур бесконечными восстаниями. Он перепробовал все, любые решения и не знал, что делать. И мы с Мистихт не знали.