МУРР (Магический Университет Реликтовых Рас)

- А давайте, любезная Клара Георгиевна, эту девушку ещё что-нибудь спросим? Вдруг она в чём-то ещё себя проявит? – благородно предложил лощёный Роман.

- Боюсь, что это пустая трата времени, – возразила кикимора, – Девочка абсолютный профан. Вы знаете, голубчик, что мы, порой, закрываем глаза на некоторые недостатки в образовании. Реликтовых рас осталость так мало! В том же тысяча семьсот семьдесят шестом году, как сейчас помню, у нас был набор свыше восьми кандидатов на место! А сейчас такой недобор, такой недобор, что приходится абитуриентов, буквально, за уши тянуть.

И кикимора печально посмотрела на меня.

- Представляете, голубчик? – пожаловалась она Роману, – Спрашиваю её, где царство Кащея, отвечает «там». Понятно, что «там», но где именно «там»?

- За тридевять земель? – попробовала я угадать.

- Так-так, – оживилась кикимора, – И какие это тридевять земель?

Я опять уставилась в пол.

- Девять земель, – вздохнула кикимора, поднимаясь со стула и тыча пальцем в большую географическую карту, висящую на стене, – это: «стольные земли», то бишь, район столицы, тогда это был Санкт-Петербург и его окрестности, далее Средне-русская равнина, или Центральное черноземье, потом Поволжье, Урал, Сибирь, Дальний Восток, Чукотка, далее по периодически замерзающему Беренгову проливу в Аляску, Канаду и тридесятая земля, которая Кащеево царство …[1]

- Не может быть! – ахнула я.

- Почему? – удивилась кикимора.

- Далеко очень!

- Милая, – кикимора поджала губы, – А ты думала, достаточно в соседнюю деревню сходить, чтобы «трое сапог железных истоптать, три посоха железных изломать», ну и так далее, по тексту? Нет, голубушка, Кащеево царство, это, действительно, далеко!

- Минутку! – спохватилась я, – А Аляска? Это уже США! Уже границы царства! Получается, не тридевять земель?

- В тысяча семьсот семьдесят шестом году? – фыркнула кикимора, снова опускаясь на стул, – Тогда Аляска была русская! Это после тысяча восемьсот шестьдесят седьмого года Кащеево царстово, действительно, разрослось и стало ближе.

- А почему тридевять? Тридевять – это получается двадцать семь?

Кикимора выразительно постучала себя по темечку. Роман вздохнул.