МУРР (Магический Университет Реликтовых Рас)

- Зачем ты мне это рассказываешь? – устало спросила я.

- Вот зачем. Как бы не был велик и могуществен этот жестокий и свирепый король, и даже наоборот, в силу своего необузданного нрава, в порыве ярости и неистовства он может совершить необдуманный поступок. Поступок, который может тяжело отозваться впоследствии. Самый простой пример – обидеть соседнего короля или посла. Что вполне могло привести и приводило не раз к войне.

- И что?

- С другой стороны, кто может осмелиться перечить всемогущему властелину, даже когда он делает что-то во вред себе? Ни один вельможа не рискнёт поправить короля, даже к его собственному благу или благу королевства.

- Ваня, я ещё не понимаю, куда ты клонишь.

- К тому, что умные короли придумали себе такую отдушину, глоток свежего воздуха, специального человека, который вполне мог надерзить монарху, не опасаясь за последствия. И звали этих людей …

- М-м-м! – сказала я и задумалась.

- Правильно! – понял мои раздумья Ванька, – В забугорных странах их звали шутами, а у нас дураками. Теперь понимаешь? Дурак, это не глупец. Это человек, наделённый правом возражать государю! В специфической, конечно, форме. Под видом шутки. Но, под видом шутки, говорились вещи важные и серьёзные. И выбирали в дураки не абы кого, а достаточно именитых дворян. Кем был Осип Гвоздь, дурак Ивана Грозного? Княжеским сыном! Кем был Яков Тургенев, шут Петра Первого? Киевский полковник! Кем был знаменитый Иван Балакирев, вначале шут Петра Первого, а потом императрицы Анны Иоановны? Дворянин, выходец из старинного дворянского рода!

- А разве все эти дураки и шуты были не для забавы?

- Были и для забавы … у глупых королей! А у умных для забавы были всякие уродцы и карлики, а шуты и дураки – для умных и своевременных шуток! В том числе, над самим королём.

- Ага, – сказала я задумчиво, – Получается, что сказочный Иван-дурак, это не дурачок юродивый, а совсем наоборот?

- Да, – серьёзно подтвердил Ванька, – Если этому Ивану дали прозвище «дурак», значит он весёлый зубоскал, который может умно и хитро посмеяться и над боярином, и над дворянином и над князем. А то и над самим царём! И при этом никто не мешает ему быть богатырём или героем.