Осколки души. Том 3

— За следующие пять дней нам нужно найти мага молнии в команду для прохождения соответствующего царства.

— От кандидаток не будет отбоя. Особенно если кто-то из нас получит возвышение вне очереди. — плохо скрывая собственные мотивы произнесла Пожарская. Все кроме Моники уставились на нее как на дуру, а гадалка лишь вздохнула, покачав головой. — Что?

— Мне нравится твоя прямота и открытость. — улыбнулся я, дружески похлопав рыцаря огня по плечу. — Но до выпуска из академии тебе придется принять истину. Мир аристократов — это тайные и явные интриги и убийства за ширмой или в спровоцированной дуэли явно более сильного против слабейшего.

— Нет. — твердо ответила Екатерина, выпрямившись и гордо вскинув голову. — Честь, служба, отечество – вот что важно!

— Конечно важно, кто же спорит. Но не ты ли пыталась получить деньги на свой первый осколок всеми доступными средствами? — улыбнулся я, напоминая ей с чего началось наше знакомство.

— Это путь слабых. — нахмурившись ответила Пожарская. — Я была в отчаянье и не видела другого выхода.

— Наш мир — это мир слабых. — сказала, продолжая раскладывать карты Моника.

— Что ты имеешь ввиду? — удивленно подняв бровь спросил я, когда понял, что тако же вопрос застрял вместе с возмущением в горле Пожарской.

— Сила бесконечна, впитавший всю силу станет богом. Много среди императоров богов? — словно само-собой разумеющееся произнесла гадалка, кладя очередную карту. — Опять шут. Свами ни в чем нельзя быть уверенной, хозяин.

— Перестань меня так называть, я уже просил.

— Почему наш мир принадлежит слабым? — насупившись переспросила Екатерина.

— Потому что несколько слабых найдут способ и средство убить сильного. — ответил я за гадалку. — Яд, кинжал из-за шторы, удавка на шее в дружеской компании… Сильный слаб в своей силе. Сильного терпят, пока он слаб во всем остальном, пока он полезен.

— Мой отец не такой! — вскинула голову возмутившись Виолетта.

— А потом он пошлет свое единственное дитя к брату, в надежде на чудо. Я ведь не ошибусь, сказав, что все остальные дети и Эрдмана и герцога Прусского мертвы? — спросил я, глядя прямо на Виолетту, и девушка нехотя кивнула. — Вот вам и ответ.