Повелитель Миров: Дитя Далария

Капитан был любителем не просто поесть, а кушать с удовольствием и разнообразием. Можно сказать кулинария была его вторым хобби после чтения книг.

Я же тем временем скучал. Всё случившееся вчера казалось мне дурным сном. И даже Питори не попадаясь мне на глаза был как бы и не настоящим. Хотя матросы рассказали, что парень как его проводили в каюту, сидит там и не вылезает.

К обеду поднялся шторм, который не утихал несколько дней. Превращая наше плаванье в изнурительную пытку для всей команды. Экипаж судна всячески пытался сохранить курс, но спустя сутки стало ясно, что это невозможно.

Вместо северо-западного направления нас несло на юго-запад. Причем с каждым новым порывом ветра становилось понятно, что нас прибивает к берегу, который уже показался на юге.

Я и Ахо Дуба вот уже час сидели в каюте капитана и изучали карту на столе. Качка заставляла двигаться все предметы в каюте. В том числе и бутылку вина, стоявшую на карте. Она периодически уезжала то к одному краю, то к другому, но, когда до самого края стола оставалось пара сантиметров или я или Ахо Дуба хватали ее за горловину и ставили на середину карты.

На самой карте были хорошо видны все пути по водам Тринидуса, и мы оба понимали и видели по ней что нас отнесло к порту Токи.

- Может, переждем шторм в порту? - в очередной раз спросил я капитана.

- Потратим много времени, - сквозь зубы прорычал капитан.

Ему не нравился шторм и Ахо Дуба всячески пытался избежать его, но, теперь находясь почти в эпицентре водного и небесного противостояние, и ему и его судну предстояло или выстоять или затонуть.

- Живей, не спать, - раздавались за дверью каюты капитана крики Клауса Греета, - Подтяни и там тоже. Живее парни!

Очередной удар волны и судно закрутило. Я и капитан схватились за стол обеими руками и, стиснув челюсти, закрыли глаза. Даже с закрытыми глазами я ощутил дурноту, когда понял, что судно подбросило куда-то вверх, а потом резко бросило в низ. В темноте замерцали звездочки.

А я похоже провалился в беспамятство.

Очнулся от того, что со лба потекло что-то липкое и вязкое и это раздражало кожу. Отцепившись от стола, на котором лежа, я дотронулся до лба рукой и нащупал шишку.

- Ахо, - позвал я капитана, но все кругом молчало.

Внезапно, где-то рядом от меня послышался стон. Повернув голову в сторону звука и прищурившись в кромешной темноте, я протянул вперед руку.

- Ахо? - спросил я и нащупал нечто большое и пушистое.