Хроники Зазеркалья: Игрок

Но ты, Артур, удивляешь меня на постоянной основе. Как ты до сих пор жив-то оставался, да ещё и в относительно здравом рассудке? — сказал он.

Вопящая сущность начала сворачиваться в плотную чёрную структуру. Вскоре она стала шаром. Таким знакомым. Но. Цвет и размер. Это не может быть кристалл ментальной эссенции. А даже если и так, такой огромный должен содержать маны куда больше, чем могло быть из меня извлечено.

— Осталось ещё что-то.

Он сократил оставшееся между нами расстояние и склонился надо мной.

— Немедленно отдай мне тёмный артефакт, который ты прячешь, если хочешь жить, — странно, но прозвучало это не как угроза.

Я хотел было что-то сказать, но из меня будто саму душу вырвали, сил не осталось ни на что. Поэтому я дрожащей рукой покликал в инвентаре, разделив скелет и череп, а потом вытащил Григория наружу.

Глаза директора расширились, выдавая удивление.

— Быть не может...

— Руки убрал, придурок! Быстро верни мне тело! — заорал некромант, злобно зыркая по сторонам своими огоньками в глазницах, — И вообще, куда ты меня притащил, плебей?

Директор положил сферу на стоящее рядом кресло, а потом порезал себе палец ножом для бумаги и осторожно ухватил череп, который всё это время злобно дёргался, явно собираясь сколдовать какую-то гадость.

Мужчина начертал кровью на его лбу символы, подобные тем, что ранее использовал я. Но несколько отличающиеся. Григорий тут же умолк. Директор смёл со своего стола всё лишнее и тем же путём нарисовал защитный круг, в который и положил череп.

Следом он вытащил из кармана телефон, на котором в пару движений набрал нужный номер.

— Это Бегемот. Нет, всё в пределах нормы. Быстро команду сдерживания ко мне. У нас тёмный артефакт с повышенным уровнем опасности. Да. Жду.

Только после этого мужчина, которого я наконец смог рассмотреть получше, облегчённо вздохнул и положил трубку. Высокий, явно мускулистый, но насколько можно судить по телу скрытому одеждой, сложен гармонично. От него веет силой, а не показухой. Одет с иголочки, костюм явно дорогой и подогнан идеально.

Его простое славянское лицо кажется молодым, но взгляд чётко выдаёт значительный жизненный опыт. Директор поправил выбившуюся прядь каштановых волос и повернулся ко мне. Его холодно-серые глаза пристально уставились в мои.

— Артур, ты в сознании? Можешь говорить?

А и правда. Могу? Усилием воли я пошевелил рукой, потом другой, медленно приподнял тело с пола и сел на мягкий диванчик, который до этого служил моей спине опорой.