Хроники Зазеркалья: Игрок

Превратили леса в свою собственность и материал. Сколько моих братьев погибло, чтобы очередному царьку удобно сиделось на новом стуле. Мы, лешие, всегда были добры к людям. И вот к чему это привело.

Мда. Это задница. У нас тут экоактивист. Оно, конечно, понятно, что с его точки зрения человечество в край охренело.

— Но лично мы-то что сделали? Дети не несут вины за грехи отцов!

— Это как посмотреть. Да и разве вы никогда не потребляли то, ради чего деревья губят? Или думаете, что лесной глупец не способен понять ваши «экономики»?

Он сплюнул комком мха.

— Слово-то какое мерзкое, аж в горле першит сразу.

Как интересно. Он недавно говорил с дискомфортом, но теперь говорит легко и непринуждённо. Неужели это какая-то магия чтения разума? Он считывает наш словарный запас и манеру общения?

— Ну и вообще, вы, мистические существа, появились только из веры в вас людей. Можно хоть немного благодарности?

— Но ведь дети не несут вины за грехи отцов. Разве должны они тогда получать почёт за их благие деяния?

По его древесной морде расползлась ехидная ухмылка.

— Дедушка леший, будь милосерден. Мы лесу не вредили. Даже когда лагерь разбивали — только опавшие ветки жгли, а после кострище прикопали, — включился в разговор Виктор, который наконец отошёл от кросса с нагрузкой.

— Вместе с железками своими. Ага. Думаете, я не знаю? Ежели чары на тропе, так я не увижу, что вы делали?

— Так тож железки, они часть природы, скоро они рассыплются и вернутся в почву, из которой пришли.

— Плаааастик. Это ведь та вонючая мерзость, из которой вы всё сейчас делаете? Вот уж правда, в ней от природы ничего уже не осталось.

Из земли появился изогнутый корень, на который грибной дед присел.

— И что вы хотите от меня? Чтобы я вас пощадил и отпустил? Чтобы вы дальше ходили и рожали людишек?

— Парой больше, парой меньше, от тебя не убудет, дедушка.

Леший расхохотался, но как-то более позитивно, по крайней мере, меня на этот раз не пробрала дрожь.

— А вы смешные. Давно со мной не заговаривал никто.

— А как же старец Алексий?

Древний владыка леса поморщился.

— Понял я о ком вы. Губитель духов. Сам он и все в роду его. Всё ради рода людского делают. Да и сам он юнец давних времён не видавший. Не о чём мне с ним беседовать.

— Дедушка леший, дай нам хоть шанс спастись. Будь милостив.