Легенда о Расколе: Рыцари Света

По правую руку от него молча сидел генерал Арли и постоянно посматривал в его сторону.

— Это уже не в какие рамки, Октавиан! — наконец перекричал всех сенатор Секст и в зале стало тихо. — Больше двух миллионов беженцев хлынули в центральные провинции! Лирия ведет боевые действия на своей земле, а мы узнаем об этом по факту! Едва ли не самые последние!

Зал снова взорвался спорами и криками. Октавиан поднял ладонь вверх.

— Тихо! — что было сил крикнул Лот Арли и все снова стихло.

— Я действую в интересах империи, — ответил Октавиан сенатору, стоящему напротив него через стол.

— Какие интересы подразумевают потерю контроля над всеми южными провинциями? — парировал сенатор. — Два миллиона беженцев! Чем мы прокормим такое число?

— Запасов хватит, — спокойно ответил Октавиан.

— И долго вы собираетесь играть с врагом в поддавки? — вклинился в едва начавшийся диалог консул Вариний и обратил свой взгляд на генерала Анния. — Как показывают нам последние события, Золотые Орлы не способны противостоять натиску врага.

— Орден Света соберет всех рыцарей-паладинов по первому Вашему зову, господин, — поклонился Эдмор императору.

— Войска Лирии многочисленны, — громко начал свою речь Первосвященник Катон и его словам дружно закивали другие священнослужители, — а солдаты, готовые по первому приказу положить свою жизнь во имя веры и страны, не знают себе равных. И с нами паладины!

— Верно! — поддержали Катона другие священники.

— Воинство, несущее Его свет нельзя победить! — громко окончил Катон под начавшиеся аплодисменты.

— Нельзя сейчас атаковать в полную силу, — возразил Лот Арли. — Проигрывая эту войну, мы показываем другим народам и расам тяжесть нашего положения. Кто-то откликнется и придет на помощь.

Наш враг сильнее, чем Вы предполагаете, — обратился теперь генерал Арли к Катону. — Одно неверное движение и мы проиграем эту войну.

— Кощунство! — тут же бросились на него все священнослужители, собравшиеся в зале, и тут же начался галдеж.

Октавиан снова закрылся козырьком. Лот Арли тем временем так же как и все остальные присоединился к спорам, завязав громкий, но безрезультатный диалог с Катоном и Варинием.

И тут, после почти что единовременного восклика, все резко стихло. По залу пополз шепот. Октавиан убрал руку от лица и выпрямился на троне, гордо подняв голову.