Легенда о Расколе: Рыцари Света

Мира же медленно шла по залу, оглядывая собранные здесь богатства, а Иннэл заострил свое внимание на одной лишь карте.

— Хватается за все, что блестит, — покачала головой Мира, взяла со стола золотую фигурку горгульи, покрутила ее перед глазами и небрежно бросила обратно на стол.

Иннэл все так же рассматривал карту, а точнее мелкие, почти не заметные отметины от втыкаемых в нее флажков. Мира вытащила из одного сундука золотую цепочку, украшенную рубинами, примерила ее к своей шее и кинула обратно.

— Нашел что-то интересное?

— В отличие от тебя, да, — ухмыльнулся Иннэл. — Красивая цепочка. Подошла бы к твоим глазам.

— Так что нашел?

— Кое-что... Надо бы уточнить у первоисточника.

И Иннэл резко направился в спальню. Войдя туда, он сразу же увидел и самого вождя. Крепкий, невысокий, но коренастый мужчина с огромным количеством различных татуировок на теле, лежал на кровати, широко раскинув ноги. Руки же у него лежали на большой груди скачущей на нем кварийки, издающей с каждым движением все более громкие и протяжные стоны.

У кровати стояли еще три девушки. Все три были без одежды и с очень пышными формами. Так же в комнате была стража, вооруженная кривыми мечами, безучастно смотрящая куда-то в стены шатра.

— Доброго тебе дня, Вождь всех вождей, — поприветствовал его Иннэл.

Вождь же совсем не удивился неожиданным гостям. Напротив, теперь он двигался еще быстрее и изобретательнее и вскоре кварийка всем телом упала на него, впившись ногтями в его необъятные плечи.

Мира шагнула в сторону от прохода и начала оглядывать спальню, которая так же ломилась от разного рода дорогого барахла, стараясь не замечать происходящего. Иннэл же взял со стола кувшин, два кубка, наполнил их вином, сел на стул, закинув ногу на ногу, и уставился на вождя.

Мужской и женский стоны слились в один протяжный и через несколько секунд все кончилось. Вождь грубо скинул с себя кварийку, встал с кровати, подошел к столу, у которого сидел Иннэл, взял кубок с вином и, отсалютовав Иннэлу, опустошил его чуть ли не одним глотком.

— Заслужила, — сказал он ей грубым, шершавым голосом.

Одна из девушек, стоящих у кровати, тут же подошла к нему и обтерла полотенцем с головы до пят.

— Что привело сына Ариса в мои покои? — спросил вождь, оценивающе разглядывая Миру.