Забавник

Тиру уж точно.

- Значит, она вернулась? – замер Насьта. 

- Не знаю. - Марик расцепил сплетенные пальцы. – Или она уходила куда? Ручкой на прощание помахала? Ничего тебе не скажу, но Тир второй день сам не свой: говорит, что чувствует мать. Близко она. Что ж, увидим. Ты-то ведь не за тем в этакую даль тащился? И без тебя хватало гонцов, чтобы привезти конгу дорогой подарок.

- Не за тем, – усмехнулся ремини. – Мог бы, конечно, сказать, что решил посмотреть на твоих детишек, пригласить все семейство в гости, попробовать стряпни Оры, так ведь не поверишь, хоть я и не совру.

- Почему же? – улыбнулся Марик. – Поверю!

- Он оживает, - прошептал Насьта.

- О ком ты? – напрягся баль.

- О нем! - Насьта стер с лица улыбку. – Вот такушки, дорогой мой! Или ты не понял до сих пор, что демон — или кто там управлял Мертвым городом, — не изгнан и не уничтожен, а всего лишь затаился и ждет?

- Чего он ждет? – Марик смахнул со лба холодный пот. – Объясни толком! Или ты не знаешь, что сразу после войны Ирунг все окрестные земли перевернул, каждого младенца на учет поставил? Весь храм Мелаген линиями исчертил, сколько магических минералов перевел! Он сам мне говорил, что запах нечисти чувствует, а разглядеть не может.

Ничего ему вызнать не удалось, да и сколько лет прошло…

- А сколько лет прошло, как зло в Суйке затаилось? – спросил Насьта. – Сколько поколений сменилось, пока изошло оно оттуда? Нет, баль, все не так просто. Ирунга уже нет, но попомни мои слова: добром все это не кончится. Старик Анхель мне так сказал: гудит что-то.

Гул какой-то стоит, словно кто-то огромный шевелится в земле, горы дрожат. И тени в воздухе вьются. Не простые тени, а словно разодранные в клочья! Те самые, которым давно уж пора у престола Единого обретаться! Но главное – это гул. Раздраженный гул! Злобный! Маги - они чувствуют... 

- Вот ведь как! – крякнул Марик. – Вдалеке, значит — демон разберет где, — чувствуют, а у нас тут словно ослепли и оглохли? Да в Скире только храмовников-жрецов за тысячу балахонов!

- А ты не шуми! – похлопал приятеля по плечу Насьта.

– Или в храме, что баль на холме в своих лесах восстановили, не бывал?

- Бывал я в храме Исс, - кивнул Марик.

- Ну, так и я бывал, - хмыкнул Насьта. – Знаешь, как там? Подходишь к стене и слышишь, о чем шепчутся люди у противоположной стены, а о чем жрец бормочет в центре зала, не разберешь. Так и здесь. А если добавить, что тот, о ком речь, не хочет, чтобы его услышали, то и вовсе страшно становится.