Продавец костей

- Это единственное, с чем я ничего не могу поделать, - не пытаясь скрыть фальшь в голосе, вздохнул инквизитор. - Что привело вас сюда, Каппа? Только не говорите, что вы скорбите по княгине.

- В аду бы гореть твоей княгине, - усмехнулась женщина. – Я пришла к тебе. Помнится, ты был единственным из Серых, кто не спустил на меня собак. Вот я и решила, что ты выслушаешь меня и, быть может, мне поверишь.

- Я слушаю.

- Ты, старый идиот. Не здесь.

- Тогда где и когда?

- Сейчас, но не здесь. Пошли.

- Я не могу оставить службу, - вяло воспротивился инквизитор.

- Он тебя простит, - Каппа встала на носочки и помахала толстой ручкой кому-то.

Кому она махала, Мориан знал, даже не видя. Вздохнув, он пошел за Каппой.

Словно тяжелый фрегат разбрасывает в стороны утлые лодочки рыбаков, она прорезала толпу, освобождая для Мориана тропу. Инквизитор шел за ней, невольно оглядываясь и наблюдая, как за ним толпа смыкается вновь. Он уже видел такое, тел пятнадцать назад, когда на город обрушился лютый холод и порт замерз.

Они сели на лавочку в сотне шагов от церкви. Невдалеке, к стене привалилась пара громил с грозными лицами и не менее грозными дубинками в руках. Мориан покосился на них.

- Это не по твою душу, - правильно поняла его Каппа. – Моя работа обязывает всегда быть осторожной. Всегда, - вздохнула она. – Каждую минуту моей такой славной жизни. Я редко выбираюсь из дома. Не выхожу месяцами. Видишь, что со мной стало?

- Ты не для этого пришла сюда. Не для этого вытащила меня со службы. Я бы хотел дослушать проповедь Мелискана. Она великолепна! Это произведение искусства стоит сунуть в рамку и повесить на стену. А я вынужден пропустить его.

- Никогда не понимала твоего юмора, - покачала головой Каппа. – Но твой энтузиазм мне нравится. Я тоже не слишком горю желанием торчать здесь весь день. Итак, пару дней назад в порт пришел корабль. Не спрашивай, что за корабль и откуда, я тебе не отвечу. Обычная ничем не примечательная шхуна, что сотнями ходят между Свободными Городами. Не имеет значения, что они привезли, не имеет значения, кто сошел на берег. А имеет значение то, что они увезли.