Защитник. Второй пояс

И то лишь потому, что один дизирец пошёл на сжигание выносливости, а другой взялся даже за жизнь. Упрямый храбрец.

Но против меня этого было мало. Жаль. Достойного соперника и впрямь не нашлось.

Скоро дизирцы оказались выстроены передо мной в кандалах. Я встретил взгляд старшего стражника и кивнул:

— Приступайте.

Свист стали, вопль, в котором смешался ужас с болью. Крайний дизирец лишился правой руки. Новый свист и он валится на землю, лишившись и ноги.

Один из дизирцев вскидывает на меня взгляд, потрясённо шепчет:

— Что ты творишь? Ты же нарушаешь все правила, тебя же.

..

Я обрываю его:

— Встретишь Кетота Дизир, напомнишь ему про правила. Не я начал их нарушать.

Это не заняло много времени.

Стоя над стонущими, лишившимися разом огромной части своих умений, получившими каждый по половине флакона лечилки внутрь, а остальное на раны, дизирцы мало что соображали от боли. Кроме разве что того, который сжёг жизнь. Его я оставил лишь с теми ранами, что были. Он и так заплатил за верность своему клану сполна.

Я, почти год тренировавшийся у Столба Боли, отлично представлял, что сейчас испытывают лежащие у моих ног. Но не собирался их жалеть.

Громко, чтобы мои слова пробились в их уши и разумы через боль, отчеканил:

— Гений вашего клана Дизир, Кетот. Недавно он пришёл к стенам Академии и бросил вызов. Притворился слабым и калечил Воинов и слабых Мастеров, отрубая им руки и ноги. А когда оказался не в силах справиться со мной, жалким Мастером пятой звезды, он хладнокровно перерезал горло моему младшему по имени Берек.

Вы все страдаете из-за Кетота Дизир. Если он позволил себе нарушить правила, то и мне плевать на них. Но я добр. Я оставляю вас в живых. Возвращайтесь и расскажите всем, что ждёт каждого, кто пришёл на земли Ордена.

Один из дизирцев прохрипел:

— Чудовище, скажи своё имя, если не боишься.

Я пожал плечами:

— Римило. Римило Арадеш. Ученик второго года обучения Академии Ордена Небесного Меча.

— Мясник! Надеюсь, Небо покарает тебя! Надеюсь, оно сделает это руками наших старших!

Я не удержался от гримасы:

— Небо, говоришь.

.. Одна из лучших добродетелей идущего к Небу это справедливость. А ещё товарищество, которое говорит быть безжалостным к врагам. Ты должен быть благодарен, что я не убил вас, как это сделал ничтожество Кетот с моим младшим, а лишь ранил.

— Ранил?! Аха-ха-ха!

Совсем молодой дизирец, вряд ли старше меня, зашёлся в безумном смехе, поднимая вверх обрубок руки, уже начавший схватываться коростой после зелья.