Место, где земля закругляется.2

Последнее, что помнил Игорь, это как взорвался Корабль Смерти вместе со всеми, кто на нём находился. Но это был далеко не конец для Анклава.

Посланник Холодных Земель был скуп на слова, не желая сболтнуть лишнего, как истинный дипломат и расчётливый делец. Но картина получалась апокалиптическая.

Сейчас Игорь видел, как наяву, чудовищный смерч, забравший в себя всё: корабль, людей на палубе, самый воздух вокруг. Видел горящие огнём корабельные стойки, заключённые в свитки заклинаний. Сквозь бумагу и пергамент светились магические буквы.

Видел золотого дракона, нарезающего круги вокруг палубы. Тонкую фигурку девушки на драконьей спине. Старшего мага, потрясающего посохом. Безумца в цепях, разорвавшего жуткое заклинание вместе с собственной кожей. Всё это исчезло в вихре взрыва.

Но Игорь не видел того, что случилось дальше. Мог только представить.

Невиданный смерч, что поднялся на немыслимую высоту, и впился верхушкой в самое небо. Он всосал в себя многое, но немногое из него вернулось.

Все маги, которые стояли на платформе вместе со своим предводителем, исчезли, будто их и не было. Пропал старший маг, пропала драгоценная мантия, скрылся с ним вместе в бушующей мгле перстень власти над Анклавом. Только перекрученный неведомой силой посох нашли среди скал. Корабль Смерти разнесло на куски, даже клочка не осталось. Как видно, такова была сила заключённых в свитках заклинаний, сплавленная вместе и усиленная смерчем. Судно превратилось в пар, в магический дым, который вознёсся в небо вместе с душами людей, которые погибли вместе с ним.

Исчез вместе с кораблём и золотой дракон, испарился без следа. Но некоторые люди, что были в центре взрыва, уцелели, и были потом найдены полуживыми в водах бухты, на мелководье. В том числе капитан-итиол, его сообщники и помощники в похищении корабля – преступники, осуждённые на смерть. Со смертью, правда, вышла загвоздка: преступники, связанные с Кораблём Возмездия очистительным проклятием, считались формально погибшими.

Капитана-итиола же судили по другой статье – за угон ценного имущества и нанесение увечий людям Анклава при исполнении. Этого простить было никак нельзя.