Виашерон 8. Перо Демиурга, Том I

Её матовая шкура осыпалась, открывая нашему взору женщину в… Человек вежливый назвал бы это одеяние затейливыми кожаными доспехами. Человек попроще — гыгыкнул бы и спросил, в каком секс-шопе она взяла этот БДСМ костюм? За что, наверняка, был бы съеден какой-нибудь огромной змеёй. В любом случае тёмная одежда из кожи грубой выделки плотно облегала всё её тело до подбородка.

Чёрные прямые волосы спадали до плеч. На губах играла едва заметная улыбка. Словно незнакомка[2] знала о каком-то забавном секрете, который неминуемо испортил бы репутацию наблюдателя.

Глаза мерцали мягким коралловым светом. И радужка, и зрачок. Последнее, что отличало её от остальных небожителей — грубые линии татуировок прямо на лице. Поперёк носа от щеки до щеки. На подбородке и лбу. Творение первобытного шамана, а не городского профи.

— Аанке, — прошипела блондинка. — Всё ещё не можешь не выделываться?

— Аларис, — кивнула новоприбывшая. — Всё ещё не можешь найти себе нового любовника? — мягко улыбнулась татуированная.

Тихие слова Аанке явно задели собеседницу за живое. Она даже губу прикусила.

Интересно, что там за история?

— Такая же сука, как и раньше… — скривилась первая.

— Такая же незатейливая, как и раньше, — пожала плечами вторая. — Скажи, как там поживают твои Длани? Ой, прости, их же всех убили, — темноволосая прикрыла ладошкой губы и притворно покачала головой.

Лицо Главы Светлого Пантеона пошло белыми пятнами.

Теперь я понимаю, почему она покровительствует хитрости и насмешкам, а Арктур назвал её Локи в юбке.

Правда, сегодня язва что-то без неё прибыла.

— И почему ты — единственная из нас, кто так бездарно транжирит своих слуг? — продолжила Аанке. — И любовников!

Эстрикс издала злорадный смешок.

Нимб Аларис раскалился до ослепительного блеска. Прикоснись, прожжёт руку насквозь.

— А во-вторых, — продолжил Разиен, фокусируя внимание на себя, — да, возможно, ты и одолеешь нас, но, сколько сил растеряешь? И как посмотрит на эту ситуацию Малаак? Не захочет ли он воспользоваться моментом? Ослабшая подруга по заговору… — развёл руками мужчина.

— Такая заманчивая цель, чтобы отрезать её от потока веры и захватить себе и второй континент. Как думаешь, кликуша?

В зале повисла долгая тишина.

Блондинку трясло от едва сдерживаемой ярости. Арканиэль, внезапно захлебнувшийся болезненным кашлем, стал козлом отпущения. Он потихоньку подлечивал себя за время этой беседы, но всё ещё сверкал потрохами.