Ловчий 1.

Обычный человек в таких условиях мог загнуться от переохлаждения, но в этом мире люди были более неприхотливы. Для комфортной жизни им не нужна теплая постель, полтарушка пива на вечер и плазма на стене. При необходимости они могли спать на земле под открытым небом и питаться черствым хлебом с водой.Чтобы согреться мы бродили кругами по погребу. Наконец, на следующий день (а может и гораздо позже, кто его знает) заскрежетали цепи. Кто-то крутил подъемный механизм. Сверху посыпался песок и бревна поползли вверх.

Словно слепые котята мы мотали головами и прикрывали от света глаза. Совсем отвыкли от солнца.Над нами нависла старуха и ее сынок. “Клофелинщицы” не было видно, наверное боится нам в глаза нам смотреть.Ети скинул еще одну веревку. Его глубоко посаженные глазки смотрели на нас как на добычу. При этом он всегда молчал. Олигофреновский прищур выдавал в нем полоумного.— Вы сделали выбор? — проскрипела Изерниль, впившись хищным взглядом в каждого из нас.— Зачем тебе люди? — спокойно спросил Тион. — Что ты с ними делаешь?— Я хочу вернуть себе молодость, — мечтательно пробормотала старуха. — Они мой ключ к жизни…— Ты колдунья? — сверкнул глазами ассасин. — Как я сразу не догадался? Ты делаешь из людской желчи вытяжку молодости?— В народе ее так называют, — Изерниль удивленно развела руками. — Ты знаешь про зелье? Из троих крепких путников много получится снадобья.— А что сынок твой молчит? — спросил Тион. — Ему бы не помешало бы какое-нибудь снадобье, что сделает его чуть привлекательнее. Старый больной медведь и то краше выглядит.Глаза старухи налились кровью:— Не смей так говорить про моего сына! Все вы все равно сдохнете, а он хоть и недалек умом, жить будет долго!Изерниль сотрясала морщинистыми руками и нависла над ямой, изрыгая проклятия. В пылу она слишком близко подошла к краю погреба и чуть наклонилась вперед. Пора!Я метнул ржавый нож и тот, пробив подол ее рваной юбки впился в ногу. Старуха завопила и, потеряв равновесие, кувыркнулась вперед. Каллин подхватил ее, не дав разбиться. Одной рукой он поднял ведьму за волосы, и прорычал:— Скажи своему сынку чтобы спустил лестницу, или сдохнешь!Изерниль вопила и брыкала ногами, но хватка кузнеца железная. Тело ведьмы болталось в воздухе, а наверху метался ети, что-то мычал, размахивая руками.Чуть успокоившись, ведьма проскрипела:— Сбрось им лестницу, сын…Тот замешкался и продолжал мычать.— Сбрось лестницу, недоумок! — заверещала бабка.