Кронос

Самый страшный кошмар Адуа всё же пришёл.

Глава 3 – Страшный кошмар Адуа

Кто я – голодный мелкий пацан или Демон-каратель, хладнокровно убивающий монстров? Этот вопрос мучает меня с тех, как я узнал о своём прозвище... Находясь в тюрьме, Алас просил духа Демона-карателя о силе, и теперь я уже не знаю, кем являюсь в действительности.

От первого мне достались воспоминания, а от второго навыки.

– Эй, Алас! Чего зазевался? Держи лук на готове – титаны идут.

– Ага, – коротко ответил я и взялся за лук более сосредоточено.

Титаны и раньше забредали к городу. Бывало, что и целыми группами. Имей они немного ума, то могли бы принести немало бед людям. Но высокие крепкие стены надёжно охраняли покой горожан.

Даже когда в поисках добычи они подходили на опасно близкое расстояние, проломить стену было не так-то просто. Особенно, когда при этом активно работают баллисты. Конечно у нас не Монолит с их огромной каменной стеной, но и четырехметровый частокол из дерева тоже хорошая защита.

Сегодня фермеры практически не поработали – дозорные подняли тревогу с самого утра.

Тревожный колокол ополчения прозвучал сразу. На стену было поднято намного больше стрелков, чем казалось необходимым, но никто и не думал спорить с таким положением дел.

Лично я, по началу, даже обрадовался получить опыт в сражении. Одно дело – стрелять по мишени, а другое – по живому противнику.

Первый залп дали баллисты. Их здесь было две. Первое копье влетело точно по центру лба трехметрового титана, пройдя насквозь череп и мозг. Второе, увы, промахнулось. После гибели сородича гигант резко ускорился, от чего выстрел прошёл мимо, свиснув над ухом у монстра.

Впрочем, их было ещё шестеро. Эти двое самые ретивые – подошли ближе всего.

С высокой стены они уже не казались настолько страшными. Даже самый высокий не смог бы перелезть через частокол из-за рва внизу. А долбить кулаками бревна не эффективно даже с их силой.

Наша группа стрелков была достаточно разношёрстной. Костяк из нескольких крепких опытных мужчин, пара новичков вроде меня, хоть и года на три-четыре постарше. И старик. По-хорошему, ему бы давно на покой, тем более что зрение и реакция у него уже были так себе.