Всполохи настоящего волшебства

Я его даже уносить никуда не буду и очень быстро тебе обратно отдам. Просто эти два ничего не понимающих хмурых типа, которые смотрят на нас, как бараны на новые ворота, слегка тронулись умом, и котенок нужен мне, чтобы их вылечить.

– Полегче со словами, – обиделся на сравнение с известными обладателями закрученных рогов Артем, – а то в ухо дам.

Конопатое существо ненадолго задумалось, подозрительно шмыгнуло носом, а потом с опаской протянуло мне своего питомца. В глазах девочки отражалась вселенская грусть, она явно не надеялась больше увидеть животное живым, но деньги ей, кажется, были все же нужны.

– Отлично, – ободрил ее я и взял слегка притихшую кошку (все-таки, как оказалось, маленькую кошку, а не кота-дистрофика или котенка), – держи, Ярослав.

– И зачем оно мне? – с некоторым сомнением произнес недоучившийся медик, но недовольно мяукнувшую после расставания с хозяйкой зверюгу у меня забрал. – Что ты собираешься делать с этой блохоловкой?

Я покосился на девочку, которая отошла на пару шагов, крепко сжав в кулачке монетки, но все еще не выпускала свое животное из поля зрения, наклонился к его уху, дождался, когда Артем, тоже заинтересовавшийся тем, зачем мне понадобился котенок, приблизится, и зашептал:

– Выщипать шерсть, нанести пару десятков порезов, прижечь ранки каленым железом, отпилить тупым лезвием какую-нибудь лапу, купировать без наркоза хвост…

Глаза моих друзей синхронно приобрели нечеловеческие размеры, а форма их постепенно стала приближаться к идеальному кругу.

– Ты с дуба рухнул? – первым отошел от шока Артем.

– В отличие от вас, нет! – гаркнул я им в уши, тем заставив отшатнуться. – Какого черта лысого вы строите наполеоновские планы, забыв, что на кону стоят судьбы людей, не сделавших нам ничего плохого?! Им же, между прочим, тоже будет больно и страшно, когда к ним в дом ворвутся и начнут корежить их жизнь! А по-другому никак. Славы и подвигов захотелось?! Спешу вас разочаровать, империи зла, которая угнетает толпы рабов, способных выказать благодарность за освобождение, поблизости не наблюдается.

И про поместье аристократа-садиста, вроде незабвенного Жиля де Реца, ничего не слышно, хотя совсем недавно мы старательно собирали всевозможные слухи и сплетни. И, вот уж неожиданность, поместье Салтычихи, где ради развлечения периодически замучивают сотню-другую крестьян, нуждающихся в срочном освобождении, тоже отсутствует.