Кровь. Надежда. Эгоизм.

Это позволило нам построить рядом с кузницей ещё три мельницы, которые мы использовали, чтобы пилить доски и камни.

Но всё, как всегда. Гладко было на бумаге, да… Как там дальше? В общем, неважно. У нас возникла проблема. Нам нужны были огромные, длинные лезвия, чтобы распиливать каменные блоки и брёвна.

Я долго пыталась объяснить местному кузнецу Гравиусу, что был лишь ниже моего плеча, что от него требуется. Удалось мне это лишь спустя пару дней. Все эти два дня гном лишь задумчиво чесал бороду и говорил, что придётся пробовать новую рецептуру.

Ещё через пару дней у нас были шесть превосходных металлических полотен. Три с разведёнными острыми зубьями, для распиловки брёвен и три гладкие, для пилки камней.

К сожалению, по одному лезвию каждого типа мы сломали, когда пытались достичь нужного уровня натяжения лезвий. Но зато после этого всё пошло настолько гладко, насколько это вообще возможно.

Как ускорить процесс добычи камня, я пока не знала. Единственное, что могла предложить, был отбойный молоток, но на текущем уровне развития мы не сможем изготовить ничего подобного.

Тогда я решила увеличить количество изготавливаемого кирпича, с производством которого здесь хоть и был порядок, но делали его почему-то слишком мало. Очевидно, не хватало пинка под зад для ускорения.

Думаю, стоит упомянуть то, как здесь решались вопросы собственности и оплаты труда. У всех людей, занятых в строительстве укреплений, зданий, сборе налогов, перевозках и иных общественно полезных делах было небольшое, но жалование. Рыбаки же, ремесленники, за исключением кузнеца, охотники и немногочисленные скотоводы были кем-то вроде частных предпринимателей и продавали свою продукцию на рынке. Никто без дела не сидел, и даже малые дети, научившись ходить и говорить, сразу же становились помощниками своим родителям.

Что же касается собственности, то здесь было что-то вроде коммунизма, хоть и вынужденного. Большинство коренных жителей города, которые были истинными собственниками городских домов и мастерских, сейчас были либо убиты тварями, либо бежали в поисках лучшей доли.