Кровь. Надежда. Эгоизм.

Если быть точнее, то их органы, извлекаемые из черепов, с непонятным функционалом, по форме напоминающие горошины, бобы, а у убитого трицератопса орган больше всего напоминал яблоко, состоящее из раскрытых лепестков-долек.

Мы предположили, что эти органы отвечают за общение у тварей, за что-то вроде телепатической связи, причём чем крупнее тварь, тем крупнее орган. У выкормышей в головах были серые горошины, у отродий — продолговатые фасолины белого цвета, у исчадий находили в черепах нечто похожее на золотистый грецкий орех.

В общем, мой первый друг на Триале не был бы Мароном, если бы не истолок в порошок данные компоненты и не попробовал бы на их основе сделать лекарства, смешивая в разных пропорциях. Впрочем, эффект от подобных ингредиентов мог оказаться абсолютно любым, от летального до вырастания новых конечностей или превращения в тварь. Ну да не беда. Где наша не пропадала? Отрастёт новая конечность? Прекрасно! Старые-то у меня не ахти какие! Пусть замена подрастает…

По истечении ещё пяти дней я отправился в путь, так и не дождавшись приезда Мелисанды, поэтому просто оставил для неё записку на случай, если… Если что-то пойдёт не по плану.

Мы выехали, но… Уехали недалеко. Как оказалось, двое бойцов забыли забрать своё снаряжение в Чивуаке, решив, что кто-то должен взять его вместо них и выдать им перед предполагаемым боем. Но у нас тут не рыцари, которым даже зад подтирать помогают, у нас скорее что-то вроде римского легиона. Сильно урезанного легиона, правда, в котором каждый тащит свой груз сам.

Ну а небольшой обоз из пары телег всё же есть. На случай, если придётся задержаться. Если бы удалось выделить всем бойцам по эйхо, то наш поход значительно упростился бы и ускорился, но мешает «бы». Мне не удалось выбить у Елены подходящее для воинства количество эйхо.

В общем, пришлось делать привал, отправлять в срочном порядке нерадивых бойцов за снаряжением. Спустя пару десятин забывашки возвратились, и мы поехали дальше и вскоре вновь прервали путь — у одной из телег отвалилось колесо.

Я решил совместить приятное с полезным и объявил обед, во время которого наш транспорт был починен.

До вечера мы ехали спокойно, под шум деревьев, скрип снега и бурчание солдат. Когда стемнело, разбили лагерь, выставили дозор и легли отдыхать.

Я переживал, что моё горе-войско не сможет противостоять тварям, если те внезапно нападут ночью, но, к счастью, всё обошлось. Ничего не случилось.