Скиталец. Часть 2.

Инквизитор яростно зарычал и притянул к себе напитанный светом кинжал, извернувшись он воткнул его в лапу Лазурного барса. Азалия с визгом отпрыгнула и зубами попыталась вырвать кинжал из лапы, но у нее ничего не вышло. Ее жалобный визг отдался болью в сердце Скита, и он с яростным рыком, как недавно отец Александр, накинулся на инквизитора с утроенной силой. Отец Александр больше не поспевал за Скитом, который покрыл все свое тело черно-белыми молниями и с каждой секундой становился только быстрее.

Отец Александр засиял еще ярче, взревел как взбешенный зверь и тоже начал ускоряться.

Он не мог проиграть и дать жить еще одному монстру, который потом начнет стирать города с лица земель. Эта ярость дала силы отцу Александру и он резким взмахом отрубил руку Скиту, заставляя того закричать от боли, а после смог и проткнуть его своим мечом. Но в глазах Скита вместо страха смерти он увидел злую усмешку. Лунное серебро начало стекать со Скита на меч, а после и на руки инквизитора, заковывая его в самые прочные кандалы. Отец Александр задергался пытаясь вырваться из ловушки, но лунное серебро, скрепленное волей Скита, держало крепко, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр.

- Кидай! - прокричал Скит, и Бьёрн запустил Мора в сторону Скита и отца Александра, который стоял серебряной скульптурой. и только его голова была способна крутиться.

Мор приземлился, взрыхляя лицом снег. Ничего говорить он не стал, но по его глазам было видно, что Мор думает о своих друзьях. Не обращая внимания на злые проклятия инквизитора, Мор положил руки на его виски, и отец Александр закатил глаза замолкая.

- Получилось. - вздохнул Мор.

Скит снялся с меча, заливая кровью снег под собой. и переливая лунное серебро обратно с инквизитора на себя, закрывая серебром свои раны на боку и на месте отсутствующей теперь правой руки. Скит упал на снег сжав зубы от боли. Бьёрн подбежал к другу и начал исцелять его рану от меча. Потерявшее опору тело отца Александра упало на колени, а голова опрокинулась назад.

- У нас вышло? - не уверенно спросил Мор.

- ААААА! - раздался полный боли крик отца Александра, запертого в своем самом страшном кошмаре.

***

- Мама, мама! - закричал вбежавший в дом мальчик.

- Что ты так кричишь, Кай? - мать повернулся к сыну, отряхивая руки от муки о фартук.

- Мама, я там дяденьку раненного встретил, мне стало его жалко, поэтому я позвал его к нам, чтобы ты его покормила. - Кай явно ждал, что мама его похвалит.

- Эх, ну заводи его, что с тобой поделать.