ИЗГОНЯЮЩИЙ

— Твою мать, я теперь что же, как и ты на всю жизнь обречен, шаркаться по темным углам в поисках у кого бы отсосать кровушки?

— Вот как тебе удалось всего одной фразой опошлить всю мою жизнь?

— Это мой божественный дар, но ты не ответила на вопрос — я вампир?

— Нет, рожей не вышел. Для вампира нужно чтобы моя слюна попала в рану.

— Уф, — облегченно выдохнул Нэй, сев на край кровати. — А-то я уж подумал конец моему загару.

— Поосторожней с выражениями-то, я ведь и в рожу плюнуть могу, — пригрозила Аида.

— Хотя с другой стороны, я могу пить кровушку у красоток, — задумчиво посмотрел на потолок Нэй.

— Закатывай губу, и идем, нам нужно выбраться из больницы как можно скорее, — произнесла Аида, открывая дверь палаты в коридор.

— Я в больничном халате и тапках должен идти?

— Понимаешь, тут все зависит от тебя, если хочешь сдохнуть, в этих вот миленьких розовых шлепанцах, то конечно никуда идти не надо, — сообщила ему Аида. — Но если в твоих планах попробовать выжить, и избежать ненужных жертв по дороге, то советую тебе активней шевелить булками, — изобразила она рукой приглашающий жест Нэю.

— Да чтоб тебя, — ругнулся Харпер и вышел в коридор, освещенный тусклым дежурным освещением.

Стараясь не шуметь, они двигались по коридору, к выходу на лестницу. Аида, несмотря на шпильки, умудрялась идти, не производя вообще никакого шума, если не считать за шум едва различимый шорох плаща. А вот у Харпера дела обстояли, не так радужно как он рассчитывал.

Шлепанцы называются шлепанцами, потому что они реально шлепают по пяткам.

Благодаря Аиде, их не засекли, потому что по идее хлопки тапок по пяткам должны были привлечь внимание, по крайней мере, дежурной сестры или охранника находящегося на каждом этаже. Но, крадясь мимо постов, Нэй слышал мирное дыхание охраны лежащей под столами.

— У меня было два выхода, придумать какую-нибудь правдоподобную историю, почему мы бродим в плаще и халате по больнице, глубоко за полночь между прочим, или банально усыпить их, я выбрала второе, — шепотом объяснила она. — У меня с сочинительством всегда были проблемы, даже когда я была смертной, — пожала она плечами.