Лётный Гарнизон

Порох станет мокрым и не взорвется. Даже несмотря на свое полусознательное состояние и тошноту, Диан представлял это яснее всего.

- Ты никто…

Обескураженный, он обернулся на шепот, но рядом никого не оказалось. Вернее, достаточно близко, чтобы передать шепот, несмотря на какафонию суетной битвы.

В паре метров от него хлопнул выстрел. Стрелок отвел мушкет в сторону, размахивая ладонью в дыму. Мгновение спустя оживился, отбросил использованное оружие и достал из ножен на поясе рапиру. Его крик смешался с воплями вокруг, подобно тому, как капля растворяется в море.

И он бросился вперед.

Диан вытянул голову в попытке узнать, на кого стрелок бросился в атаку. Кисловатый дым не мог раствориться совсем, - выстрелы звучали там и тут, - а потому скрывал цель. Противник. Темный мельтешащий силуэт, в чьих руках отблескивали сабли. Похоже на замысловатый смертоносный танец одного человека среди толпы.

Силуэт принялся отступать спиной вперед, прямо на Диана. Он разглядел голубые ленты, обрамляющие белое одеяние, раньше, чем противник вышел из клубов дыма.

Хоть Диан и наблюдал за ним со спины, летчик показался ему бесподобным. Тот с грацией парировал по одному, а то и по два удара за раз; с ловкостью выкручивал пируэты, словно опытный дворцовый фехтовальщик на дуэли. Только на фехтовальщика обычно не бросаются одновременно по несколько человек и не пытаются пристрелить почти в упор.

Стрелки бросались на него нескончаемыми потоками и падали замертво как по часам. Сабли летчика мелькали так часто, что за ними было не уследить.

Голова его металась от одного стрелка к другому, стараясь уследить за всеми сразу, и судя по тому, что он еще жив, ошибаться ему не приходилось.

Диан увидел летчика спереди лишь на мгновение ока, когда он с разворота парировал удары со спины. За столь короткий отрывок времени мало что можно было разглядеть, да и запомнить тоже… но в памяти Диана отпечатался вид маски. Бело-голубая, как и все остальное одеяние, со строгими линиями, подражавшим человеческим.

Будто оживший идол, снизошедший с небес.

- Ты никто.

Опять этот голос. Неужели галлюцинация?

В любом случае спорить с ним было невозможно. По разным причинам. И главная из них – в его правоте.

Маске-идолу было достаточно бросить на него подобие взгляда, чтобы понять, что Диан – никто, не способен предпринять что-либо важное. Его удел – просто стоять и слушать собственные галлюцинации, пока вершатся людские судьбы.