Счастливчик Ген

Сейчас правил король Игнар Орсел. Род королевской династии совпадал с названием королевства как у нас, так и у соседей. Большинство обычаев и верований тоже не имели больших отличий. Об остальном мире у Клары было довольно смутное представление. Как и у нас, короли правили, опираясь на дворян, которые делились по степени знатности. В моём внутреннем словаре были герцоги, графы и бароны. Не имеющих титулов дворян он назвал шевалье. Я не знал, почему все эти названия были заимствованы из истории Европы. Видимо, уклад жизни здесь мало напоминал средневековье Руси, хорошо известное мне по трём прочитанным книгам Яна.

До дома Клары было недалеко, и, хотя мы не спешили, дорога не заняла много времени. Встреченные нами мужчины провожали меня неодобрительными взглядами. Когда я спросил, чем это вызвано, Клара сказала, что здесь не любят чужаков, а одежда и отсутствие шляпы выдают меня с головой.

– Поэтому завтра идём к портному и заказываем нормальную одежду, – добавила она. – Пока на тебя только пялятся, а кончиться может плохо.

– А с какого возраста у вас считаются совершеннолетними?

– Когда как. Для парней это обычно шестнадцать лет, а для девушек на год меньше. Родители сами решают, созрели ли их дети для самостоятельной жизни.

Хотя служанка была дома, Клара, уходя, заперла дверь своим ключом, и теперь её пришлось открывать.

– Надо заказать для тебя ключ, – сказала она. – У нас принято запирать входную дверь.

В доме она позвала служанку:

– Алина, подойди к нам. Этот мальчик будет какое-то время жить у нас. Относись к нему, как к моему сыну.

– Мальчик?– удивилась девушка.

– Пусть тебя не вводит в заблуждение его рост. На самом деле ему ещё нет пятнадцати. Звать его... Мне не нравится имя, которое придумал Маркус, – обратилась она ко мне.

– У меня есть короткое имя – Гена.

– Уже лучше, но оно больше подходит для девушки.

– Так тоже иногда обращаются.

– Ну и прекрасно. Алина, покажи ему комнату Ральфа. А ты иди, отдыхай. Скоро обед, а потом мы поговорим.

Комната оказалась раза в два больше той, какая была у меня дома, но обилие громоздкой мебели скрадывало её размеры. Стены были оклеены светло-зелёной тканью, а большое окно с довольно чистыми стёклами пропускало много света.