Боевой маг -2: За кромкой миров

Ангелину отвел в покои сияющий как медный таз Такасик. Магесса по-русски бросила мне через плечо, что если рыцарь вломится к ней, то она его прах развеет по всему замку. Я ответил цитатой из мультфильма про бодрых пингвинов: «Улыбаемся и машем, улыбаемся и машем», получив порцию злости рикошетом.

Мы с Белкиной вошли в нашу комнату, и она сразу рухнула на кровать, не раздеваясь. Глаза ее слепо смотрели в потолок. Ее взор всегда был устремлен не на тебя, а на что-то позади или в неопределенную пустоту, отчего поначалу было немного некомфортно с девушкой разговаривать.

Я со вздохом опустился на край сундука и прикрыл глаза.

– О чем думаешь? – спросила Александра, тоже села и начала снимать обувь.

– Есть одна задумка. Мы можем притащить нашу технику сюда, а еще можно вооружить местных.

– А я думаю, как будем делить кровать. Она одна, одеяло тоже одно, а нас двое.

Я пожал плечами.

Александра встала и повернулась спиной.

– Помоги расшнуровать платье.

Я взглянул на шнурки, и они стали сами собой выскакивать из отверстий, в которые были продеты.

– Спасибо. А руками слабо было?

– Неловко как-то.

– Ну не знаю. Тогда для сведения и во избежание еще большей неловкости: я высыпаюсь, только когда сплю голой.

Девушка выскользнула из платья, под которым ничего не оказалось, и плюхнулась обратно на кровать, распластавшись на животе. Она часто и прерывисто дышала, а нить ее внимания была обращена на меня.

– Это как-то неправильно, – произнес я, любуясь женственной фигурой с ее изгибом спины, упругой попой.

– Если ты о том, что сейчас мы в чужом месте, то это не страшно. Есть только ты и я. Я же чувствую твои гормоны. Они кипят.

– Я не об этом.

– Если ты об Анне, то она мертва, – тихо произнесла девушка, – ее нет. Ты можешь мстить сколько угодно. У кого угодно спрашивать, почему так произошло, но ее нет.

Я закрыл глаза, воззвав к своей совести, потом открыл их и опустился на кровать. Белла обняла меня и стала шептать.

– Я вижу сейчас все, что творится в замке. Как пьет слуга в погребе, как тискает служанку начальник стражи, как уединился казначей со старшей дочерью лорда. Они любят друг друга и скрывают это от лорда, думая, что он не знает. Я вижу, как сам владетель ходит по комнате, как лев в клетке. Это мое проклятие.