Печать льда

– Насколько я знаю, сейчас Фейр весь город переворачивает, ищет человека с магистерским перстнем на пальце! Он хоть знает, кто мой опекун?

- Если Жам знает, то Фейр знает в подробностях, - снова сплюнул Камрет. – С другой стороны, только Жам и падок на монету, другой бы и не согласился, а Жам глуп, это он потом перетрухнул, когда Кофр ему что-то про Фейра наболтал, но так Иска против течения не бежит. Ладно, обратного хода и нам нет. А девка где-то в городе, я уж переговорил с кем надо, так просто не выпустят ее за стену, а выпустят, так сразу дадут знать.

Я со многими уже переговорил, еще бы толк от моих разговоров был. Орлик ведь что сделал? Он как вас у костра нашел, башку почесал, взвалил на плечи обоих, да и пошел, куда велено. Здоровый он, и обычный вельт в полтора раза против любого горожанина весом возьмет, а чтоб Орлика получить, умножай любого вельта на два. Так и протопал мой приятель мимо Поганки до городских ворот, постучал по ним сапогом, всполошив охрану на четыре прясла стены в каждую сторону, оставил по серебряному за пронос двух якобы пьяных приятелей и оттащил вас в Кривую Часовню. Там твоя опекунша в себя и пришла. Кофр уже и ярлык составил, осталось только имя вписать. А опекунша твоя словно не в себе оказалась, головой только мотала, а как воду увидела, присосалась, словно неделю без капли во рту по Погани бродила! Однако имя назвала, дала палец краской вычернить и к ярлыку приложить, и перстнем подпись заверила, только вчитывалась долго, да на тебя, малыш, посматривала. Оно, понятно впрочем, ярлыки ж на старом языке пишутся, его не всякий разберет. Странная она девка, как рассказал мне Орлик. Замученная, словно ее в телегу запрягали, но держится прямо, только в глаза не смотрит, прячет глаза-то. Ожоги на скулах, розовой кожицей, верно, твоими стараниями, малыш, покрылись. Клейменая, правда, странно, отчего-то на обоих запястьях клейма у нее, так и вьются к локтям, да видны не очень. Опять же мелькнуло что-то на шее у нее, на татуировку похоже, такие у савров приняты, но она вовсе иных кровей, Орлик в том разбирается… Одежонка у нее ветхая, но когда-то крепкой была. Покроя не нашего. Опять же мечи. Необычные у нее мечи, иноземные какие-то. Да и не принято у нас мечи за плечами таскать, даже и короткие, как у нее. А тот, что с пояса, по-любому не под ее руку заточен был. Вот его она сама тебе в тележку положила, которую Орлик у Солюса выклянчил, да приспособил, чтобы тебя домой откатить.