Криптия

Правда, все равно не сдержали, а степняки, разозленные сопротивлением, сравняли Димн с землей, а землю вытоптали конями. Город теперь возродился, но из прошлого надо извлекать уроки. Хотя на это приходиться тратить время и деньги. Будем надеяться, что оно окупится.

Почта действительно пришла, и на одном из свитков консул увидел печать, которая привлекла его особое внимание. Но он не сразу вскрыл ее, а сначала посмотрел в почте то, что могло быть срочным и необходимым: копии последних указов императора Шубарры, все, что касалось налогов и сборов.

Обсудил это с Фруэлой, и только потом, отпустив секретаря, открыл отложенное письмо.

Фруэла, разумеется, заметил его действия, но от замечаний воздержался. Он человек пожилой, служил еще при прежнем консуле. А опыт научил его, что излишний интерес к делам начальства вреден для здоровья.

Хотя неизвестно еще, будет ли польза от полученных сведений. Над этим еще думать и думать.

Он сидел долго, несколько раз перечитав содержание свитка, и убрал его в стол, когда услышал голоса в приемной.

В кабинет заглянул Фруэла.

– Господин консул, к вам доктор Керавн.

Консул совсем забыл, что сам вызвал того. Но этот визит оказался весьма кстати. Удачное совпадение… впрочем, совпадение ли, учитывая, что говорят о Керавне?

Монграна махнул рукой:

– Зови.

В прихожей раздалось склочное:

– Стой здесь, безмозглый болван, и не вздумай высовываться! – причем обращались явно не к Фруэле.

Вслед за секретарем в кабинете появился господин почтенного возраста, – старше Фруэлы, который, в свою очередь был старше сорокалетнего Монграны лет на пятнадцать, – но не вполне почтенного вида.

Его бархатная шапка, прикрывающая редеющие волосы, явно нуждалась в чистке, мантия, когда-то благородного темно-зеленого цвета, была чем-то заляпана и в нескольких местах прожжена. Впрочем, носителя мантии это не смущало. Его седая бороденка вызывающе торчала, светлые глаза смотрели остро и пронзительно.

Рядом с ним упитанный, одетый в приличный суконный кафтан на вате Фруэла выглядел воплощением солидности.

– Вы хотели видеть меня, господин Монграна? Надеюсь, никто из ваших близких не заболел?

– Нет, беседа совсем иного свойства. На вас опять поступила жалоба. Точнее, даже две. Я вынужден реагировать.

— Вот как? Я убил кого-нибудь? Или совращал малолетних?

– О, если б это было так, вас бы просто арестовали. Фруэла, что там было?

– Анонимное сообщение о преступных занятиях некромантией, – с готовностью сообщил секретарь.