Сердце Волка

— Ты же у нас в этом разбираешься, так что же не поспешила другу на помощь? Ты сомневалась, правильно ли это? Ты боялась, а вдруг он превратится в безумца, которого уже нельзя будет остановить? Или ты не хотелаему помогать? Не говори мне ничего, я и сам знаю. Я тоже ничего не сделал. Хорош старший брат. Все время, что мы жили вместе, я заботился о нем, я... Почему сейчас ничего не вышло?

— Ник...

— Хочешь спросить, что со мной не так? Как это получилось, что я был таким добрым, нежным, мягкотелым, а теперь... а теперь я какой-то бездушный монстр? — закричал Ник и указал пальцем на себя.

— Нет, лучше спроси у себя, что с тобойне так. Ты намертво привязываешься ко всем, кого видишь, а потом восклицаешь, да как так могло получиться? Люди другие. И ты всех нас плохо знаешь.

— Ник!

— Хватит! — взорвался Ник. — Я знаю, о чем ты будешь говорить, если я тебе позволю! Будешь читать мне нотации, что правильно, а что нет, будешь рассказывать сказки о том, как Пашка утешал и «верил» в тебя. Мне это надоело. Он не такой.

И никогда таким не был, — отчеканил он.

— Перестань, — устало вздохнула Лера. — Я знаю, тебе плохо, очень плохо. Но надо успокоиться. Ты переживаешь из-за Волка, и я тебя понимаю. Он...

Она замолчала. На миг ей даже показалось, что Лера хотела сказать: «Он не виноват».

— Говори, раз начала. Я тебя послушаю.

Нужно собраться с мыслями, иначе Ник снова прервет ее и уйдет, так и не услышав Леру. Говорить коротко и ясно, но не пропускать ничего важного. Да, с Ником было сложно, определенно сложно, но это значило, что Лера должна ему помочь.

Он мог принять одно решение сейчас, а через пять минут заявить: «Я передумал». «Я смогу,» — подумала она и заговорила:

— Знаю. Ты ответишь мне: «Я же ясно сказал, что мне не нужны твои размышления». Но... вкаждомиз нас живет подобие Огненного Глаза — один из двух волков. И это не значит, что нужно все свое внимание отдавать добру. Настоящий человек — это тот, кто живет, находясь между гранями. И я надеюсь, что рано или поздно все люди отыщут это место в своем сердце.

Ты— в том числе.

Ник посмотрел на нательный крестик, который до сих пор сжимал в пальцах.

— Огненного Глаза мне на всю жизнь хватит. Надеюсь, он никогда и не вернется. Ведь... ведь мы жили спокойно и счастливо. Я был доволен жизнью, ты понимаешь? — голос его задрожал, и лицо Ника покраснело. — Все складывалось как нельзя лучше, все было прекрасно! — тут Ник уже закричал. Слезы потекли по его щекам, и он снял веревку с крестиком с шеи.