Янар

Он даже ходил к местному шаману, чтобы тот хоть как-то помог ей. Но шаман велел ждать. Возможно после рождения этого ребенка ей станет лучше.

Глава 2

Наступил тот день. Тана с самого утра была сама на своя. Все валилось у нее из рук, чегень разлила, лепешку уронила. Софрон заметил неладное и отправил жену полежать, накормил девочек и выпроводил гулять, сам подошел к жене. Тана лежала вся взмокшая от пота, ее черные волосы расползлись по лицу.

– Софрон, началось, беги за повитухой.

Софрон поцеловал жену в холодный и мокрый лоб и что есть сил побежал к юрте на окраине селения.

– Тетушка Тойзу, началось, – закричал Софрон, вбежав в юрту.

— Софрон, чего так кричишь? Уже шестой раз Тана рожает, а ты все кричишь. Привыкнуть уж должен.

— Тетушка Тойзу, совсем плохо ей, пойдем скорее.

— А ты знаешь, в этом деле никому хорошо не бывает. Давай-ка иди на улицу, дай собраться.

Тойзу собрала свой родильный чемоданчик и поспешила к Тане.

Тойзу была небольшого роста, вся кругленькая. Лицо ее тоже было круглым и морщинистым, но задорные темные глазки блестели как у молодой девушки.

— Бабушка, давай быстрее, – подгоняя шел сзади Тойзу Софрон.

— Да тороплюсь я, тороплюсь, – пыхтя она пробиралась к аилу Таны и Софрона утиной походкой.

Наконец-то они вошли в аил, Тана уже стонала от боли.

— Потерпи, девочка, – запыхавшимся голосом сказала Тойзу. А ты, папаша, иди на улицу и детей на пускай.

— Совсем мне тяжело, бабушка Тойзу, – прошептала Тана.

— Терпи, я помогу тебе.

Уже вечер наступил, а Тана все была в мучениях. Софрон места себе не находил, ему хотелось пожалеть жену. Лишь раз зашел он в аил, чтобы взять лепешек для детей, но тут же был выгнан Тойзу на улицу. По лицу повитухи было видно, что плохи дела. Даже всегда веселая бабулька была вся взмокшая от пота, глаза ее не глядели на Софрона.

— Все плохо, Тойзу? – взглядом щенка он посмотрел на старушку.

— Уйди, – она мягко прикоснулась ладонью к его груди и вытолкнула его на улицу.

— Сегодня будем ночевать в чадыре, – сообщил Софрон дочерям.

— Маме совсем плохо, – спросила Наталя.

— Да, дочка, похоже совсем, – понуро ответил Софрон.

Наталя разделила лепешки между сестрами. Младшие совсем не понимали, что происходит те, что постарше так же не особо понимали, но по лицу отца и Натали заподозрили неладное.

— Я пойду уложу всех спать, – сказала старшая дочь отцу.