Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Внутри гудел активный портал — его руны сияли, что значило одно, если шагнуть сквозь зачарованную преграду, можно оказаться в непредсказуемом месте. Это может быть чей-то дом или смертельная ловушка, но в любом случае, никогда не стоит рисковать попусту.

Рядом, в углу, чернел охранный тотем. Если бы он был активен, то сиял орнаментом, но заряд давно иссяк, от того Истукан выглядел обычной фигурой, вырезанной из дерева.

— Как думаешь, стоит проверить, что по ту сторону? — спросил молодой викинг.

— Это имеет смысл, только в одном случае — мы хотим разжиться чужим добром, — сказал Серобородый.

— Кстати, я хотел узнать… — Башкоз боролся с собственной нерешительностью, но любопытство одержало над ним верх, в очередной раз. — Я, я не понимаю. Где черта между достоинством и позором? Быть сильнее всех, одолеть в последней битве врагов Одина. Разве это не достойно?

— Победить демона — достойный поступок? — Бьёрн очень устал, он хотел разозлиться, но потратил массу усилий на то, чтобы неопытность соратника не сделать причиной ссоры.

— Конечно, — ответил тот.

— Вырвать кость из нутра врага, чтобы найти редкий металл и победить следующего врага — достойный поступок? — продолжил допрос Серобородый.

— Ну, в целом, логику я понял. Но что отличает нас от бандитов? Те тоже рвут кости из врагов, чтобы стать сильнее.

— Скальдхейм — это вепрь, из которого мы отрезаем нужные куски и съедаем их, — Бьёрн тщательно подбирал слова, но чувствовал, что его красноречие сильно хромает. — Но если мы вырываем добычу из рук других охотников, то это — позор.

— А-а! — Башкоз искренне рассмеялся. — Вот теперь мне всё предельно ясно!

То, что сказал Серобородый, понравилось и ему самому, словно он воплотил в слова ту мысль, которая беспокоила его давным-давно.

— А что мы будем делать с хижиной? — спросил молодой викинг, указывая на активный портал и утративший магическую силу тотем.

Глава 14. Бегство

— Это пригодится нам в следующий раз.

Бьёрн взял в руки строительный молоток, за несколько секунд превратив строение в груду обломков, среди которых сияли красным осколки Муспеля, отбрасывали холодное свечение глаза стампов, и среди промокших досок белела качественная древесина.