Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Убийство слабых — привычное развлечение, которым они пользовались, без зазрения совести. Но, как по волшебству, на пороге дома появились старые знакомые — горе-грабители, что не смогли справиться с защитниками в первый раз. Теперь у них не было препятствий, ведь могильные камни, со снаряжением внутри, остались снаружи, и прежде чем Серобородый успел выйти, его лишили всего.

Разбойники бурно праздновали победу, что досталась им чужими руками. От того было ещё досаднее наблюдать, как они ломают двери, чтобы добраться до сундуков.

Договариваться с такими людьми — падать ниже, своего достоинства, потому Бьёрн приказал товарищу выйти из дома и затаиться. Вместе, они выжидали, когда враги закончат и пойдут дальше.

В небе, порой, сверкали алые молнии, злость, усиленная магией демонов, так и подмывала слепо кинуться в драку, но Серобородый сдерживался, мёртвой хваткой вцепившись в руку Башкоза. Тот, толком не понимая, что с ним происходит, тоже рвался в бой.

— Какой у нас план? — сквозь зубы, прошипел молодой воин.

Сидеть в засаде, в одной набедренной повязке, ему было стыдно, но и сделать он ничего не мог.

— Жди, друг, мы отомстим, и очень скоро…

Спустя час, когда немногочисленное имущество перекочевало к новым владельцам, бандиты шумной толпой скрылись в лесу. От тех мрачных соперников, что вышли из тьмы, не осталось и следа, теперь это были простые люди, подвластные алчности, полностью отдавшиеся ей, и потому лишённые достоинства.

Бьёрн тенью двинулся вслед, приказав соратнику возвращаться домой, и проверить, целы ли кровати.

Он перебегал от укрытия, к укрытию, испачканный сырой землёй, покрытый сухими иголками и листьями. Сам обратившись в злого духа, он искал способ расплатиться с врагами.

Мирквуд принял его, как собственное порождение, в нужный момент подсовывая густой куст чёрной рябины, или покрытую мхом каменную глыбу. Бандиты не подозревали о том, что их преследуют, но спустя какое-то время стали вести себя тише. Вместе со злобой внутри викингов, демоны порождали злобу внутри каждого живого существа, и стампы не были исключением.

Древесные монстры сновали тут и там, каким-то чудом не замечая Бьёрна, но всё чаще обращая внимание на компанию разбойников. Вскоре тем пришлось совсем затаиться: среди деревьев мелькали неясные тени, злобный шёпот, как плач безумца, звучал тут и там. Медленно, но верно, викинги оказались окружены, и в этом же кольце смерти оказался Бьёрн, правда, его это особо не волновало.