Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Лишённые разума, стампы пошли в наступление. Без всякой логики, они просто хотели добраться до викинга, пока тот, орудуя мечом, как палкой, раскапывал вход в башню.

Вскоре полетели камни...

Двадцать урона одним залпом! Это две трети от общего запаса, желудок давно сворачивался в узел, требуя еды. Ощущая, как зверски саднит спину и плечи, Бьёрн ввалился в башню, под защиту стен, из последних сил закрыв за собой двери. Подперев их доской, валявшейся тут же, сел у входа, чтобы перевести дух. Смерть, такая нелепая и обидная, чуть не настигла его врасплох.

Теперь можно было разжечь костёр, поджарить остатки мяса и дожидаться утра. Исследовать помещение не имело смысла, над головой блестели звезды, проглядывая сквозь прорехи в крыше, в дальнем углу валялся перевёрнутый стол. Кто-то уже отломал ему ножки, чтобы погреться у огня. След старого кострища виднелся чуть дальше от входа. Сундук с оторванной крышкой, конечно же был пуст. Видимо, предыдущие гости предпочли забраться через провал в стене, чем раскапывать вход.

Присмотревшись, викинг с удивлением понял, что стол выполнен из качественного дерева, какое можно получить только с берёзы или дуба. Потемневшие от времени доски сохранились почти идеально, а значит, годились для идола! Неожиданная находка заставила Бьёрна пересмотреть планы. Теперь он мог установить защитный купол над любым местом, которое выберет для жилья, для этого есть и глаза стампов, собранные еще там, у форта, и осколки Муспеля, и хорошая древесина.

Усмехнувшись, воин взглянул на звёзды, но увидел только темноту. Спустя мгновение ему на лицо упала первая холодная капля дождя. Неясный шум нарастал с пугающей скоростью, ветер ворвался в тесное помещение, пламя костра испуганно шарахнулось в сторону. Сосны заскрипели раз, другой, застонали от тяжести.

Небо вспыхнуло, с треском расколовшись пополам.

И пошёл дождь.

В минуту, одежда промокла до нитки. Пришлось спешно ставить верстак и чинить крышу. Пригодился запас досок, что хранился в инвентаре. Ветер, то стихал, то снова выл над лесом, царапая брюхо об острые макушки деревьев. Лило, как из ведра, мир резко уменьшился до размеров заброшенной башни. Там, вне её, больше не было чудовищ и сотен островов, не было людей и леса, только непроглядная пустота.

Бьёрн поставил здесь лежанку, сменив точку возрождения.