Шпага, честь и любовь

Ещё больше времени прошло с тех пор, как с криком «хэ-эй-я-я!», ненужным, но вселяющим кураж, он покидал землю, взмывая в высоту, в водоворот тугих ветряных струй, где только и живёт по-настоящему душа благородного…

Зато отсутствие схваток означает, что меньше опасности для Ианы. Пусть получил единственный приказ — доставить сообщение нужному ламбрийцу, но родовая честь требует: ты в ответе за женщину, которая доверена тебе в попечение.

Проблема в том, что до вчерашнего вечера Алекс успешно внушал себе, что Иана — боевой товарищ, управляющаяся с ножом и пистолетом не хуже, чем с дамскими вещицами, умеющая убивать лучше, чем укладывать причёску.

Главное — способная постоять за себя и за охраняемых господ Эрландов.

А теперь — просто женщина. Девушка. Благородная синьорина. Которую он обязан доставить на восточный берег любой ценой. Не только не прикоснувшись пальцем, но и не совершая никаких действий, не произнося фраз, толкуемых двусмысленно.

И привезти в объятия Терону? Да чёрт бы побрал эту нелепую ситуацию! Иана сердилась, что два тея за её спиной решили, кому из них принадлежит право первой попытки получить её благосклонность.

Пусть тогда сама выбирает. Но не дай Бог вмешаться кандидату со стороны…

Фортуна смилостивилась. До прибытия в Атену в поздний час, когда город спит, по улицам шатаются разве что стражники, пусто, и редкие извозчики отвозят пассажиров с ночного поезда, с нашей парой не случилось ничего примечательного. Единственно, очень долго стучали бронзовым кольцом по запертой двери особняка мессира Паллы, пока в окошечке не показалось заспанное лицо, на котором раскрылся рот в обрамлении седой растительности, исторгнувший бурю проклятий в адрес «бродяг и проходимцев», не дающих отдохнуть почтенным горожанам.

Потом был ужин в присутствии всклокоченного хозяина, холодная утка с пирогами и первый раз за эпопею ночлег в отдельных спальнях. Серьёзные разговоры начались лишь на следующий день.

— Должен признаться, благородные теи, с лета политическая ситуация сильно изменилась в сторону войны.

Если эти документы — бесспорно крайне важные — я получил бы, скажем, в октябре, то имел бы весьма веские резоны отстаивать сдержанную линию поведения в отношении Икарии. Но бюджет на следующий год утверждён, лакомый кус ассигнований вырвали судостроительные верфи, оружейные заводы, за ними следуют шинельные мануфактуры и фабрики по изготовлению обуви для армии. Почитайте газеты! Не раскрываю никакого секрета — наше королевство готовится к войне.