Охота на волков (Белый волчонок - 4)

Вроде откровенного презрения в них нет, но холодом отдает так, что хочется поежится. Даша гордо выпрямляется, принимая совершенно равнодушный вид и не обращая внимания.

И я не сдерживаю обещания, данного себе же только что.

— Устроила бы парочке снобов пакость, они бы в следующий раз задумались так смотреть.

— Мальчишки, — фыркает она, на миг позволяя себе эмоции. — Все у вас просто.

— Ну а что сложного? Неужели тебя устраивает то, как к тебе относятся?

— Слушай, Белаторский, — она останавливается и одергивает меня за рукав.

— Не лезь ко мне лучше. И в то, в чем не разбираешься. Чем больше я буду сопротивляться, тем хуже мне будет. Я уж знаю. Или ты решил благородно вступиться за меня и спасти?

Боги упаси! Я даже подвисаю на пару секунд от такой идеи. Своих проблем мне мало, еще спасать эту колючку. Демидова хмыкает и отворачивается. Я лишь качаю головой и до лаборатории мы идем молча.

Больше на взгляды встречных я не реагирую. Быстрее бы уже приехали друзья. Я соскучился даже по капризному Каритскому.

С ними хоть не нужно отчаянно думать о своих словах. Да и смотреть на наследников великих родов так никто не будет.

Демидова оттаивает, сняв личину снежной королевны еще у прохода. В глазах снова разгорается интерес и девушка несколько раз проходит через стену, в результате даже улыбнувшись.

— Какая потрясающая вещица! — она с детским восторгом рассматривает статуэтку, присев около нее.

— Работа Покровских, — зачем-то хвастаюсь я, не удержавшись.

— Ммм, — уважительно мычит Даша.

— Покровские - величайшие артефакторы.

Она с таким придыханием произносит фамилию, что чуть не обещаю ей познакомить с одним из таких величайших. Вовремя себя останавливаю. Никакого спасения изгоев больше. Но потом представляю себе парочку в виде здоровяка и этой дюймовочки и хрюкаю, давясь от смеха.

— Много ты знаешь! — тут же обижается девушка и бежит по лестнице вниз.

Ай, да к демонам. Сейчас увидит мое творение и забудет обо всем. Судя по писку, доносящемуся снизу, уже увидела.

Спускаюсь и вижу очаровательную картину. Кормление демона шоколадом.

Существо, неуклюже рассевшись на полу и подбирая разъезжающиеся лапы, уткнулось в руки Нармера, который с блаженной улыбкой бормочет ему что-то ласковым тоном. А перед ними, схватившись за сердце с умилением стоит Демидова.

— Кто это? — шепчет мне она.

— Лисебабочка. Баболис, — я морщусь. — Не знаю я, короче говоря. Вы тут спецы, вот и разбирайтесь.

— Какая она красивая...