Путь Хранителя. Том 1. Том 2

Преодолев довольно длинный коридор и обогнув очередную статую члена императорской семьи мы остановились перед массивной двустворчатой дверью из красного дерева. Елизавета поправила юбку и прическу, глубоко выдохнула и расслабила плечи. Только после этого бросила на меня взгляд, видимо, чтобы убедиться, что я не сбежал, после чего робко постучала.

— Вы прекрасно выглядите, — с улыбкой произнес я, и, не дожидаясь разрешения вошел внутрь первым.

Я сразу же оказался в маленькой комнатке с уютным рабочим местом, где, видимо, свои трудовые будни проводила моя сопровождающая.

Так я оказался в довольно просторном кабинете.

К моему разочарованию тут сохранялось это неприятное ощущение напускной роскоши, хоть и выглядела обстановка чуть более стильно. Книжные шкафы огибали стены и доходили до потолка, плавно перетекая в длинный комод, над которым вглубь кабинета уходили две трехметровых картины с изображением какого-то боярского застолья.

И по середине всей этой красоты величественно стоял п-образный стол явно ручной работы. За которым с сонным и недовольным выражением лица сидел подтянутый мужчина в дорогом костюме тройке.

Я разочарованно выдохнул, поскольку его округлая рожа была мне прекрасно знакома. К сожалению, Бронислав Иванович оказался тем самым Брониславом Ивановичем, о котором я подумал изначально. Главой боярского рода Жеребцовых. Членом совета двенадцати.

Именно его второй сын несколько часов назад разлетелся на маленькие кусочки в моем мире.

Боярин осуждающе посмотрел на влетевшую следом за мной Елизавету и перевел свой цепкий взгляд на меня. Что ни говори, за этим человеком чувствовалась сила. Сейчас Жеребцову-старшему нет и тридцати и в отличие от своего в будущем сумасбродного и избалованного сыночка, глава рода силен, умен, усерден и безусловно талантлив.

И да, Бронислав Иванович Жеребцов уже в этом возрасте был Магистром в моем мире. Одного взгляда на плетения потоков боярина хватило, чтобы убедиться, что он Магистр и здесь.

Бой с ним заставил бы и прошлого меня немного попотеть, учитывая его родовую стихию, а сейчас не могло быть и речи об открытом сражении. Не повезло встретить столь грозного врага так быстро.