Убийца Богов

«Не иначе артефакт», - промелькнула у меня мысль.

И сразу же взвыло чувство самосохранения:

«Опасность!»

Отступать нельзя, да и не успею. Поэтому я активировал «Прыжок», оказался рядом с патриархом и отрубил ему руку, которая сжимала кристалл.

- Ар-рх-р!!! – зарычал нечто неразборчивое патриарх, а затем набросился на меня.

Я не хотел его убивать. Не в эту минуту. Он должен был помучаться и ответить на некоторые вопросы. Однако взять его в плен не получилось. Армандин практически не уступал мне в скорости и, можно сказать, что сам кинулся на мой клинок.

В отличие от своих соклановцев, патриарх распадался долго, почти минуту. За это время охотники прикончили еще несколько вампиров, молодняк, который висел под потолком, наблюдал за схваткой со стороны и пытался атаковать меня с тыла. А я, понимая, что сражаться пока не с кем, расслабился, вернулся в привычный ритм и подошел к алтарю.

Эльфийка умерла и, столкнув ее тело с мрамора, я сформировал «Силовой молот» малой мощности и позвал:

- Сизорн!

Тишина.

- Сизорн! – снова произнес я.

Кровавый бог меня услышал. На покрытом кровью мраморном алтаре проявилась морда Сизорна, который, на мой взгляд, мало чем отличался от Шамми.

Он ничего не сказал. Вместо этого окатил меня гневным взглядом и, если бы я не имел мощную защиту, он прожег бы мое тело насквозь. Но не судьба. По крайней мере, не сегодня.

Я опустил на алтарь заклинание, и оно разнесло мрамор на куски.

Глава 6

6.

Остров Марьяга. 06.11.1410.

- Ройхо! Оглянись!

Я обернулся, и взгляд скользнул по кучке недавно освобожденных рабов. Не тех, которые находились в клетках на подземном уровне крепости, а «привилегированных» с верхних этажей жилых донжонов. После чего приблизился к ним и разглядел того, кто меня звал. Это был полный мужчина, можно даже сказать, что толстяк с избыточным весом, в рваном камзоле и потрепанных шароварах. В его лице было что-то знакомое, из юности, связанное с военным лицеем «Крестич».

- Не узнал? - оттеснив плечом других пленников, толстяк протиснулся вперед.

И только тогда пришло узнавание, но я уточнил:

- Кричард Кальк?

Толстяк печально улыбнулся и кивнул:

- Он самый. Барон Кричард Кальк.

Море штормило. Холодный ветер гулял по крепостной площади, и находиться здесь без дела, тем более, вести беседу, не хотелось.