Якудза из другого мира 8

– Да-да, петь ты не очень хорошо умеешь, так что будешь дергать ногами и трясти руками.

– По рукам! – протянул я ладонь.

– По рукам! – ударила Кацуми ладошкой сверху вниз.

Ладно хоть на этот раз обошлось без Дьявольского Шара. Хотя и тут опозориться не хотелось – всё-таки меня в доме Утида постоянно оценивали. Я чувствовал спиной чуть насмешливый взгляд отца и матери Кацуми, когда иногда наносил им визиты.

В основном мы беседовали с отцом Кацуми, Кенджи Утида. Разговаривали по поводу действий в той или иной сфере развития, иногда тренировались вместе.

Конечно, Кенджи меня побеждал, но иногда и я мог преподнести ему парочку сюрпризов. В паре с Кацуми мы почти выигрывали у него, но это было почти…

Не раз ловил его одобрительный взгляд, когда он видел нас с Кацуми. В доме родителей я всегда вел себя только аккуратно, скромно, но с достоинством. Не выпендривался, но и не давал себе раболепствовать перед представителями древнего рода. На территории Кенджи я показывал себя вполне нормально.

Это нравилось отцу Кацуми.

Теперь же я вызвался показать себя на той части территории, которая всецело принадлежала матери Кацуми. А это уже серьезно – Мегуми чутко следила за тем, что готовят слуги, а порой даже сама вставала за плиту. Страсть к готовке у Кацуми появилась явно от матери.

И вот на святую святых я хочу принести свою задницу. Да, это будет трудно, будет сложно, но… Давненько я не ел пельмешек. Вот вообще как-то так получалось, что пробовал многое, на волне интереса даже ту же фугу захомячил, а вот как сказала Кацуми про русское блюдо, так и защемило внутрях.

Даже как-то к березке лбом захотелось прижаться. Постоять так с полчасика – подумать о всяком-разном…

– Готовься петь, Кацуми-тян, – подмигнул я в ответ на ласку девушки.

– Готовься танцевать, Изаму-кун, – парировала та.

К нам подошли друзья. Малыш улыбался во все тридцать три зуба, а Шакко наоборот хмурилась.

– Что у вас опять случилось? – спросил я.

– Да ну, – отмахнулась Шакко.

– Малыш всё просит о свидании, а я прошу его отстать.

– Я не услышал «нет»! – чуть ли не пропел Малыш.

– Нет! Малыш, нет-нет-нет! – пробурчала Шакко.

– Когда девушка говорит «нет», она подразумевает «да». А когда говорит «да», то подразумевает «нет», не так ли, радость моих глаз? – спросил Малыш.

– Нет, Малыш! – рявкнула Шакко.

– Что и требовалось доказать, – с широкой улыбкой проговорил Малыш.

Шакко только вздохнула и покрутила пальцем у виска.