Новые эльфы

Занятий со студентами, среди которых, по мнению Келеэля, попадались весьма смышленые, у него в этот день не было. Ну а свободное время надо же чем-то занять? Тем более что опыты, проводимые Михаэлем, кажется, близились к завершению. Большую часть записей, сохраненных для него, он просто пропустил, останавливаясь лишь на самых интересных местах. Первым из них была поимка «вора».

– Не похож он на грабителя, – авторитетно высказался Азриэль, сложив руки в латных рукавицах на широкой груди и глазея на упитанного мужика в богато расшитом халате, – у него все руки в перстнях, да в каких! Придет такой грабитель обчищать чей-то дом, да и оставит там больше, чем унес.

Человек осторожно закивал, но тотчас же прекратил свое занятие. Ему кое-что мешало.

– А если они ему какую-нибудь характеристику повышают? – возразил приятелю Серый. Этот воин, в отличие от своего товарища, доспехов не признавал и что-нибудь тяжелее кольчуги надевать наотрез отказывался. – Каждое плюс пять ко взлому, и вот уже вам готовый медвежатник получился.

Вот этот момент Келеэля заинтересовал. Артефакт, который учит какому-нибудь умению при активации? Как такое возможно? Навыки либо есть, либо их нет. Тот же гипнург может научить кого угодно тому, что имеется в кладовых его памяти, но тогда тот, на кого он воздействовал своей псионикой, больше не будет нуждаться ни в какой помощи. Ну кроме времени на освоение новых знаний. Промежуточного состояния здесь быть не может. Или может, но в мире Фредлонд до этого еще никто не додумался?

Человек возмущенно забулькал.

– Не… магические артефакты на себе в таком количестве не носят, – возразил Серому Азриэль, сохраняя на лице полную невозмутимость, – помнишь, как Мих испытания проводил, узнавал, что с чем сочетается, а что нет?

– Помню, – согласился эльф, еще раз окидывая «гостя» взглядом и убеждаясь в том, что без посторонней помощи он покинуть общество перворожденных не способен.

Этот эпизод Келеэль отметил, но большого внимания ему не придал. Методика была не нова и часто использовалась при определении свойств артефактов, о которых нельзя было узнать другим путем, кроме практического их применения.