Пособие для начинающей ведьмы

И вспылил тогда не от убеждения, что нужно слепо подчиняться воле сюзерена, а как раз наоборот: считая доминирующими в этом вопросе доводы разума. Разве мало он воевал, жил, учился рядом с простолюдинами? Всю жизнь. Он прекрасно знает, что уважают только за личные качества. Но как это объяснить строптивой знахарке? Как растолковать ей то, что ему так отчаянно хочется стать этим самым – любимым и уважаемым сюзереном, и порой это желание застилает смысл, который вложен в слова и книги?

Как объяснить этой взбалмошной девчонке, что он давно уже представляет себя хозяином этих земель?

Это ответственность, и ему горько, раз кто-то посмел об этом забыть.

Рыцарь стоял на крепостной стене и до боли вглядывался в даль. «Вернись, дурочка! Куда тебя понесло? Лес вокруг. Волки. А ты даже без своих любимых зелий».

Ива летела сквозь лес на крыльях обиды и злобы, не видя ничего перед собой. Слова мужчины, друга – может, даже больше! – жгли душу как костер, на который ее уже однажды хотели отправить в преисподнюю.

В какой-то момент что-то показалось ей неправильным, но девушка была слишком занята своей злостью, чтобы внять слабому предостережению. И когда ее совсем неласково схватили за талию и приставили острую сталь к горлу, было уже поздно.

– Так-так-так, – раздался над ухом ехидный баритон.

Темные почти черные тучи заволокли небо над замком. В воздухе ощутимо веяло грозой.

«Беда, господин!» – раздалось в голове Торна. Ему не надо было доказательств. Уже мчась по крутым ступенькам со стены, он знал, в чем дело: «Попалась-таки, дурочка!» На свист из конюшни вылетел Вихрь, уже оседланный. Едва рыцарь оказался в седле, ворота распахнулись во всю ширь, как и должны перед хозяином.

Мужчина подхлестнул коня, и в шепоте леса ему почудился стук копыт за спиной – так должен он раздаваться, когда в путь выезжают с дружиной.

Ведомый неизвестно каким чувством, молодой лорд безошибочно несся к месту событий.

Конь по кличке Вихрь ворвался на поляну, полностью оправдав свое имя. Торну хватило вида сверкающего клинка у горла девушки и ее перепуганных глаз. Меч сверкнул в сумраке дня и тут же потускнел от крови. Поляна огласилась криком.