Некромант-самоучка, или смертельная оказия

- Пытается задобрить! – Разведчик двинул ногой ближайшую корзину. – Урод.

Двинул основательно так, что проломил плетенку, сапогом раздавив нежное соцветие.

- Таррах! – выругался он, сбросил с ноги корзину, и неожиданно ощутил тонкий, едва уловимый аромат, поднимающийся от загубленных веток. Дурман-трава, та самая, что сотрет у девчонки все воспоминания за последние четыре часа. – Ублюдок! Еще и себя решил обелить…

Бочонки и ящик улетели в комнату, застывший в поклоне Ульс был отодвинут в сторону, а бешеный метаморф младшей ветви рода Дао-дво вылетел наружу стремительным стальным ястребом.

Глава 5

5.

После ухода рыжего за столом стало на порядок тише, а в самой столовой менее напряженно. Потому что очень многие из будущих противников предпочитали смотреть в сторону нашего стола, а не в свои стаканы или тарелки. Хотя, что таить, смотрели они на меня и гаденько или цинично ухмылялись. Минута тянулась за минутой, а внимание к моей скромной персоне не иссякало.

- Никогда не знал, что слух о любовнице, занимающей кровати трех кузенов сразу, может вызвать такой ажиотаж, - тихо протянул Бруг и подмигнул мне. – Ты стала знаменитой.

Уж лучше бы безызвестной и далее жила.

- Не просто любовницы, - не согласился с оборотнем Герцог, - а девушки, из-за которой один кузен второго чуть жизни не лишил.

- «Чуть» не считается. - Барон хмыкнул.

- Для внушения и этого наверняка хватило, - заметил Равэсс. – Скажи, Сумерька, Даррей прощения уже просил?

Я не успела ни ответить, ни заметить, что тема не из приятных, а канцлер уже кивнул, говоря:

- Извинился, назвал все шуткой, а затем Макфарра увел под локоток.

- Да? А мне тут нашептали, что он ее отбил… - ухмыльнулся Хан и, глядя на мои округлившиеся глаза, лишь развел руками. - За что купил, за то и продаю.

- Информация неверна, - таинственно шепнул полуоборотень, что обслуживал наш стол.

- Да, верно, – вступил в дискуссию до сих пор молчавший Консул. -Это Даррею все внутренности отбили. И говорят, целители сделали все, чтобы он, не роняя чести, на своих двоих из городка ушел.

- И эта тоже устарела, - с улыбкой поправил подавальщик.