Вестник. Книга 2.

- Хочешь что-то сказать – говори мне, я очень не прочь с тобой близко пообщаться. В Кругу, например. – Произнес, натянуто улыбнувшись, Иэздар. В руке его трещал и неистово трепыхался клубок молний. – Или отпрыск Кел`атилов способен только брехать издалека, словно шавка?

Дерент стиснул зубы и сжал кулаки. Прошло еще несколько секунд, прежде чем он наконец нашел, чем ответить. От его груди отделился ярко-зеленый лепесток пламени, зависший прямо перед Иэздаром. Тот, в свою очередь, небрежным жестом отправил ему на встречу пучок молний.

- Завтра, в полдень. Приготовь извинения заранее, Иэзард Т`андер. – Прошипел Дерент сквозь зубы и, резко развернувшись, пошел прочь. Летис и Иэздар, едва он скрылся за поворотом, одновременно вздохнули и переглянулись. 

- Ну и зачем? Думаешь, ты ему хуже сделал? – Летис помассировал виски. – Кел`атилы могут и не допустить этой дуэли. Сам догадаешься, как?

- Ну-ну. Мне даже интересно, как меня можно убить незаметно для окружающих.

- Им не обязательно тебя убивать. Похитят сестру, возьмут в заложники родителей... Они у тебя ведь не маги, пусть и занимают не самое низкое положение в обществе. Кто их защитит? - По мере того, как Летис говорил, кожа Иэздара становилась всё бледнее и бледнее. - Да, вспыльчивость для боевого мага - вещь необходимая, но и головой думать тоже надо.

- Я... Я не думаю, что Дерент пойдет на нечто подобное. Он хоть и гад, каких поискать, но законы чести его семья блюдет строго. Они не позволят случиться подобному.

- Так оно и есть. - Летис, поймав недоуменный взгляд друга, ухмыльнулся. - Все это я говорил лишь ради того, чтобы ты задумывался перед тем, как бросать кому бы то ни было вызов. Ты обладаешь большой силой, но всегда найдется кто-то сильнее.

- Знаешь, иногда ты мне напоминаешь старика. Многое повидавшего и считающего себя всеведущим.

- Нельзя знать всего, но можно стараться узнать. Этим и должен заниматься наш народ, а не бить друг другу морды в Круге...

***

- Стороны желают примирения? – Раздался чуть приглушенный куполом голос вызвавшегося рассудить дуэлянтов старейшины – низкого, словно бы высушенного на солнце старика по имени Гелиос.