Инсомния-3

Полудемон ударил косой, но сам словно замер в воздухе, раскрыл пасть, и в меня полетела струя жидкого пламени.

Не знаю, как я увернулся, совместив гравитационный вектор с направлением рыка, но меня почти не задело. Глядя на тлеющие полы плаща, презрительно усмехнулся.

– Это даже не демонический огонь. Ты всего лишь образ, снятый с образа настоящего демона. Подделка.

Тварь прорычала в ответ и сорвалась в атаку, практически стелясь вдоль земли. Холма больше не было, мы сражались посреди поля высокой травы.

Каждый взмах косы безжалостно срезал стебли широким полукругом, при этом сжигая их. Так что в воздух вздымались лишь облачка пепла.

Я больше не пытался блокировать его атаки, вместо этого маневрируя и уклоняясь. Мы с Врумом сплелись в единое целое, находясь практически на грани своих возможностей. Я стелился вдоль земли, изменяя направления полета под невероятными углами, но противник не отставал.

Он двигался рывками, но не менее стремительно, оставляя за собой прогалины пожелтевшей от жара травы.

Коса мелькала так быстро, что я мог разобрать лишь огненные серпы, разлетающиеся в стороны от смертоносного лезвия.

Я пытался контратаковать, но бесполезно. Дважды кидал сферы, практически в упор, но полудемон просто изворачивался прямо в полете, пропуская их. Эта тварь считает себя монстром, победившим половину какой-то там не самой слабой армии. Вернее, так считают те, кто видит его сон.

Что ему какой-то меч, да снаряды? Мы носились по полю битый час, по моим ощущениям.

За это время я дважды пропустил удар, каждый из которых должен был разделить меня на двух мини-Лаэров. От плаща остались лишь подкопченные лоскуты, а Врум стал заметно выдыхаться.

Да, я теперь стал более устойчивым во сне, к тому же это не другой ловец со своим эфиром. Всего лишь непобедимое сновидение. Но все равно, долго я так не протяну. Если из-за полученных ран меня выбросит в реальный мир – словлю сильный откат. А поврежденный источник, как выяснилось, не добавляет радостных ощущений.

А значит надо менять вектор гравитации и взбираться на холм. Пусть и приходилось все чаще отталкиваться ногами для нового прыжка. Теперь мы с полудемоном двигались более похоже – рывками. Только мои казались плавными и заторможенными, а его – стремительными и смертоносными.

Каждый такой прыжок заканчивался атакой, которую приходилось парировать. В реальном мире я бы даже не понял, с какой стороны меня бьют и как надо защищаться.