Серебряный. Возрождение легенды

Император знал, что он будет в Нэрнсте. Знал, что приедет на празднование. Знал, что он будет один. Последний факт Мэрш повторил несколько раз.

О том, что он едет в Бережное, Дим решил в самый последний момент и обсуждал детали поездки он лишь с Эардоре наедине и вряд ли князь сообщал кому-либо об этом разговоре. Всадник прикусил нижнюю губу. А вот послание тану Сахали его светлость явно написал. Андреасу же осталось лишь заманить его в ловушку, обставив все так, чтобы он оказался в нужное время в нужном месте.

Неужели осведомитель, который работает на императора и которого уже так долго пытается вычислить князь и есть Андреас? Любой фельсеверец ненавидит имперцев и заключать с кем-нибудь из них какое-либо соглашение - словно вываляться в грязи или в чем-нибудь похуже.

Для фельсеверца, живущего на своей родине, увешенного грузом традиций, обычаев, узкостью взглядов, навязанным мнением - да. Однако Андреас уже много аров не живет в Фельсевере. Вольный воздух Мюрджена, свобода выбора, смелые мысли, круг общения – все то, что меняет сознание человека порой на все триста шестьдесят градусов.

Сердце бешено стучало. Дим пытался держать себя в руках. Собирал в единую картину все события, которые произошли с участием императора и его осведомителя. Аурино был поставлен в известность, что он вернулся на Элиас после стольких аров отсутствия и где его можно найти. Эту информацию знал очень узкий круг людей: Эардоре, несколько его теней, Рамир. Принц дружен с Андреасом с самого детства.

Облавы на беженцев, которых многие ары водили одними и теми же путями Рамир и Бренна, захват и уничтожение баркасов, которые были связующей нитью между двумя враждующими берегами, секретные проходы через скалы, да и Переход Туманов был занят людьми императора, когда по нему шли обозы в Эшдар.

Почему ни он, ни Эардоре ни разу не обратили внимание на тот факт, что все происходившее так или иначе было связано с фельсеверцами?

На подъезде к городу Димостэнис встретил группу людей. Человек десять в основном женщины и несколько детей.

Испуганные, изможденные, в перепачканной кровью одеждах. Они бежали из города, пытаясь найти спасение в лесу.

- Эй! – окликнул их Дим.

На него оглянулись. Несколько женщин схватили на руки детей, что помладше и бросились бежать. Их отход прикрывали двое мужчин в разорванной одежде, сильно избитые, с окровавленными повязками. Они неумело выставили явно подобранные на улице мечи, которые вряд ли хотя бы раз до этого держали в руках.