Время для героев

Лишь старший сын старосты после нескольких слов отца, сказанных на ухо, споро побежал в сторону входа в обитель.

Через несколько минут, над нашими головами послышались хлопки массивных крыльев и на спинку не занятой смертными скамьи приземлилась крупная, хищного вида птица. Последний раз взмахнув крыльями и издав гортанный крик, птица чуть поднялась в воздух словно пытаясь вновь взлететь и на мгновение скрылась в бирюзовой дымке. В следующий миг на камнях площади стоял высокий мужчина в причудливой мантии цвета молодой листвы, что с каждым мигом словно мерцая, чуть меняла свою окраску, размывая очертания пришельца.

Прокл охнул от удивления и попытался спрятаться за моей спиной. Остальные люди, собравшиеся в этот ранний час под взором статуи архитектора, замерли, потеряв дар речи. Я решил не затягивать неловкую паузу и первым начать разговор. Но как обычно, Видящий сумел удивить и опередить меня.

- Я пришел с миром и дружбой, смертные. И принес с собой благую весть от повелительницы Вечного Леса.

Пришло время нашим народам вновь восстановить дружбу и добрососедские отношения. Мое имя – Видящий и я буду говорить с вами от имени своего народа и волей моей госпожи…

Староста Никодим, первым сумел взять себя в руки. Быстро оглянувшись, и увидев спешащего к площадке сына, с увесистым бочонком и несколькими кружками в руках, староста улыбнулся.

- Мы рады тебе, Видящий. Давай же присядем и как завещано предками, преломим хлеб и выпьем в знак доверия и дружбы. – На лице хранителя знаний появилась довольная улыбка.

Впоследствии я узнал, что в незапамятные времена, по меркам смертных, существовал некий ритуал, которым всегда начинались переговоры с детьми леса. И видимо Никодим знал, что надо делать и говорить.

Убедившись, что беседа старших началась и идет своим чередом, я с облегчением и чувством исполненного долга выдохнул и присел на скамейку чуть в стороне. Рядом со мной крутился непоседливый Прокл, засыпая меня вопросами вперемешку с последними новостями.

Чувствуя, как мои глаза слипаются от накатившей усталости, я, щелкнув пальцами, призвал Бубу и поручив ему развлекать и расспрашивать мальчишку, наконец смог закрыть глаза…

Глава 4

Глава четвертая. Алчность.

Беен встречал всех, кто в эти дни проходил через главные городские ворота, хамством городской стражи, несусветными поборами и толпой попрошаек. В дни, когда приходила война, этот город - негласную столицу всех свободных баронств наводняли беженцы.