Черные стрелы 2

 Барон отчаянно забился, но так и не смог вырваться из жесткой хватки Тенро. Двумя руками он попытался разжать пальцы охотника, но силы уже покидали Гирса, а грудь жгла нехватка воздуха. Уже понимая, что ему не спастись, барон выдавил из себя улыбку и прохрипел:

- Я не боюсь смерти, ведь это только начало. Я познаю Изменение…

- Откуда ты знаешь? – прервал речь барона Тенро и криво усмехнулся, добавив: - Ты же никогда не умирал.

 Во взгляде барона промелькнуло удивление, оставшееся там навсегда, когда его глаза закатились и шейные позвонки хрустнули под пальцами охотника.

 Выпустив тело Гирса, Тенро и сам упал бы, но его подхватила Элисса.

- Держись, - взволнованно сказала девушка, чувствуя, как ее одежда стремительно пропитывается кровью охотника, по-прежнему струящейся из его многочисленных ран, покрывающих почти все тело. – Держись. Ищущие! Они уже здесь.

 Помутившимся взглядом, Тенро увидел, как на зрительские места выскакивают люди в длинных плащах, под которыми сверкала броня.

 - Не засыпай, слышишь? – кое-как усадив Тенро на песок, Элисса принялась стирать кровь с его побледневшего лица. – Кто-нибудь, помогите! – Закричала она, когда глаза мужчины закрылись, а его голова безвольно упала ей на грудь.

- Что здесь происходит? – требовательный и резкий женский голос проник в сознание охотника, навевая ему какие-то смутные воспоминания.

 Он уже слышал его раньше. Точно слышал. С трудом разлепив потяжелевшие веки, Тенро увидел узкое светлое лицо, обрамленное короткими черными волосами и взволнованные небесно голубые глаза, смотрящие на него.

- Тенро?! – Подбежавшая девушка в одежде ищущих вонзила серебристое копье в песок. Она склонилась над охотником, сжав его руку в своих мягких и теплых ладонях. – Тенро!

 Она вновь и вновь звала его, а он проваливался в бездну беспамятства.

Другая жизнь

Девушка сидела на стуле, рядом с кроватью. Льющийся сквозь стрельчатое окно солнечный свет играл на ее черных волосах, спускающихся немного ниже острого подбородка. Она держала в руках книгу, но встревоженный взгляд голубых глаз был направлен вовсе не на пожелтевшие от времени страницы, а на лицо лежавшего в кровати мужчины. Теплое одеяло скрывало его до середины груди, перетянутой бинтами, как и почти все израненное тело.