Провидение зла

Ведь он отец Фламмы, он! Успела ли она увидеть его? Успела ли хоть словом перекинуться? Что с нею самой? И кто все-таки убил Вигила Валора? Свеи? Или не только свеи?

Дакит на Рыбацкой улице жил всего один. Ей сразу показали его ворота, хотя взглядом провожали недобрым. Кама постучала в ворота и долго ждала. Наконец створка скрипнула, из полумрака раздался тихий голос:

– Заходи.

Она вошла под темную арку, за ней оказались еще одни ворота, а следом крохотный дворик с деревцем и скамьей, в котором и занималась, вероятно, Фламма.

Дакит развернулся и замер в ожидании. Опустил руки, как обычно делают дакиты. Никогда не складывают их на груди, не подпирают бока. Руки должны быть свободны.

– Я от Фламмы, – почему-то с трудом вымолвила Кама.

Дакит не был похож на Сора. Сейчас тот казался принцессе почти человеком. Да он и был человеком. Этот же казался скорее зверем. Но ни клыки у него не были больше, ни лицо грубее, хотя ветер и время потрудились над ним. Он не улыбался. Сор улыбался почти всегда.

– Фламмы нет сейчас, – поморщилась Кама.

– Она ушла на север. И она не отправляла меня. Но я пришла просить помощи. Мне нужно выбраться из Ардууса. Завтра. В три часа пополудни. Хочу попасть в Даккиту. Там мои дальние родственники. Мне нужен проводник. Я заплачу.

– Меч покажи, – глухо произнес дакит. – Он у тебя в завернут в шкуру.

Кама отчего-то вздрогнула, протянула меч вместе со шкурой. Дакит развернул ее, отбросил шкуру в сторону, куда-то в угол двора, осмотрел меч, как будто даже затаил дыхание.

Выдвинул его на палец, задвинул снова. Вернул Каме.

– Снимай балахон. И куртку.

Скрылся за низкой дверью, вернулся через несколько секунд со странным рукавом из кожи с твердыми вставками, да еще с завязками и ремнями. Молча подошел к принцессе, закинул рукав ей за спину, прихватил завязки на плечах, под грудью, застегнул ремень на поясе. Велел надеть куртку. Затем осторожно вставил меч в рукав ножнами вверх, перевязал еще раз. Отошел на три шага.

– Вытаскивай.

Кама поймала рукоять правой рукой, с небольшой задержкой вытащила меч.

– Еще раз, – приказал дакит. – И еще раз. И еще.

Она повторила не менее пары сотен раз, пока он разрешил ей надеть балахон. Хмуро бросил:

– В походе подвязывается повыше. Для скрытого ношения именно так. Пять золотых.

– За науку? – оторопела Кама.

– За проводы до Даккиты, – отрезал дакит.

– Половину? Больше половины сразу? – нахмурилась Кама.

– Пять золотых, – строго повторил дакит. – Завтра в три часа выходим.