Провидение зла

Между двух часовен, которые и в самом деле казались основаниями-руинами небольших, не чета бэдгалдингирским, башен угодников, была твердая сухая земля, и даже как будто небо проглядывало сквозь облака. Паломники сидели на земле кучей, странно было, что почти двести человек сгрудились в не слишком большое живое пятно. Или их опять стало меньше? Литус оглянулся. Оставленная за спиной деревня теперь казалась только скопищем старых полуразрушенных домов, пропасть представляла собой заросшее бурьяном поле. Канат подрагивал на ветру и продолжал звенеть.

Впрочем, до башен звон почти не доносился. За башнями стояла стена тьмы. На самом ее краю, на расстоянии друг от друга в десяток шагов, высились два каменных столба. Между ними был забит в землю деревянный кол, на котором лежал все тот же уходящий во тьму канат. От каменных столбов начиналось что-то вроде изгороди, сплетенной из жердей, веревок и как будто проволоки. С каждым шагом бастард отдалялся от солнечной улицы Самсума и домика с коричневой занавеской. Или становился ближе?

– Вот ведь нелегкая! – выругался Веррес, пересчитывая храмовников. – Давно я не терял служителей Храма. Уже и не вспомню. И впрямь поганые пошли времена. Дальше пойдешь первым, а не то оступишься, а мне потом… С этими вельможами…

Литус посмотрел на провожатых. Храмовники стояли с закрытыми глазами, прижав к себе багры, обхватив плечи, и бормотали молитвы. У некоторых из них за плечами были мешки.

– Еда, – поймал взгляд Литуса Веррес. – Будешь стараться, из младшего служки поднимешься до среднего.

Станешь старшим – доверят ходить за едой.

– Уже не хочу, – вновь обернулся к деревне Литус. – Не великое удовольствие.

– Кому как, – пробормотал Веррес.

Холодные капли ударили по плечам, по лицу. Пятно чистого неба над головой затянули тучи. Опустились сумерки. Паломники, сидевшие кучей, сжались. Многие стянули с глаз повязки и теперь озирались в ужасе. Среди испуганных, словно омертвелых лиц видны были и женские, но того профиля, который запомнился Литусу на барке, он не находил.

– Уже вечер? – спросил Литус.

– Не знаю, – вздрогнув, открыл глаза Веррес. – Там, на холме Бараггала, будет и день, и вечер, и ночь, и утро. А что здесь – не знаю. Это предстоятель имеет силу сохранять для себя время, а для прочих – как Пустошь захочет, так и будет. Случалось, от этих башен до Бараггала на неделю прогулка растягивалась, а случалось, и в день укладывались. Хотя все Кольцо Смерти – двадцать пять лиг, ни убавить, ни прибавить.