Синий, как море

Поморщился от предвкушения, сжал нервы в кулачок и спрятал в карман нарастающее отвращение.

– Жители Дианара и воины Белого Запада! Синий луч – не самый яркий из лучей Радуги! Но без него Радуга не полна – и я горжусь своим Цветом. Путь мой отныне – путь по лучу. А луч всегда прям, ни хитростью, ни силой его не согнуть. Потому я спокоен за свой путь. И не забывайте: цвета Радуги, сливаясь воедино, порождают Белый Цвет! Потому нет у меня, Синего принца, иной заботы, кроме неустанного служения Белому принцу и Белому домену! Я благодарю всех, кто приветствовал меня.

Так же быстро я поднялся на террасу и занял место подле матери. Внизу ликовали, топали ногами и кричали «Слава Райдоку!» Судя по всему, моя парадная галиматья выглядела достаточно убедительно.

– Нормально, – сказала Альда, как только я перевел дыхание. – Только про Белый Запад ты зря ввернул.

– Почему?

– Это же неофициальный термин. Следует говорить «Белый домен», словно Белого Востока не существует.

– Казуисты. Лицемеры, – сказал я самодовольно.

– Что тебе в этом не нравится? – удивилась Альда.

Сагастен поднял руку и заговорил снова:

– На рассвете Синий принц, Повелитель Райдок, покидает столицу. Он отправляется в славный Сапфир, дабы принять бразды правления колоратом. Прими же меч свой, сиятельный Райдок, из рук отца! Прими вместе с добрым напутствием и принеси клятву Домену!

– Можешь не бояться, малыш, – могучим шепотом сообщил Данк. – Это уже совсем просто: надо только повторять слова за Сенрайдом.

– Орбен! – негромко позвал я.

Паж уже приближался к нам. Альда виртуозно скользнула мне за спину и появилась с другой стороны. Теперь Орбен оказался перед просветом в рядах Повелителей, между мной и отцом. Он опустился на правое колено, держа Ванаир на вытянутых руках.

– Меч сиятельного Райдока, Синего принца Домена! – звонко сказал он.

Толпа всколыхнулась и затихла.

Отец взял меч в ножнах из его рук и досадливо поморщился.

– Очень, очень горячие, – горестно шепнул Орбен, незаметно потирая ладони о штанину.

– Преклони колено, – почти беззвучно сказала мама мне в затылок.

– Какое?

– Балбес! Перед правителем – правое.

Я послушно опустился на правое колено.

Отец, держа ножны правой рукой у самого конца, а левой – возле устья, развернул Ванаир по диагонали, рукоятью в мою сторону, и скользнув пальцами к крестовине, на треть выдвинул клинок из ножен.