Синий, как море

Это что‑то вроде отрицательной энергии. Как будто ты отдал кому‑то больше магии, чем в тебе было. И теперь впитываешь ее отовсюду, чтобы расплатиться с природой и обрести хотя бы обычную кровь. Как лед должен взять энергию огня, чтобы стать водой, понимаешь? Сагастен жаловался, что после этой пробы он даже не смог тебя оглушить заклинанием. Твоя кровь… ну, эта жидкость… выпила из него силу, так что пришлось стукнуть треножником. И снова он обрел мощь только тогда, когда эта пакость… извини, жидкость, испарилась.

– Ну и ну! – Я немножко подумал.

– Понятия не имею, – Данк был озадачен. – Однако, есть смысл попробовать! Вдруг сработает?

– А может, в этом и был весь фокус? – озарило меня. – Представь себе, что в урочный час ко мне, почти беззащитному, приходит убийца, вспарывает вены, заливает этой самой пакостью весь дворец – и мы магически обезоружены, так?

Данк серьезно задумался.

– Не думаю, – наконец сказал он. – Если враг знает, как приготовить такую жидкость, проще из катапульты или баллисты забросить горшок прямо во дворец с началом штурма.

– А если для ее изготовления нужна кровь вражеского мага? Тогда, по крайней мере, было бы понятно, почему выбрали меня. Если между мной, Сагастеном и Сельфой выбирать самого беззащитного, я бы даже не колебался ничуть.

– Это сейчас ты не колебался бы, – Данк покачал головой. – Пожалуй, здесь ты неправ. Ты был тренирован, чувствителен, образован, можно даже сказать – опытен.

– А может, ему как раз и нужен был маг чем получше, но послабее?

– Ну, знаешь, рассуждения с тремя «если» как правило, не работают. Прибавляя допущение за допущением, можно обосновать все, что угодно.

– Но такое возможно?

– Вроде возможно, – неохотно согласился Данк. – Но выглядит неизящно. Магия – это искусство, малыш. Могучие заклинания красивы и гармоничны, понимаешь? А здесь рассуждение, лежащее в основе, громоздко и коряво. Как будто бы это, скажем, я придумал – ну нет у меня истинного таланта чаротворца! Но у меня, соответственно, нет и сил, чтобы такое сотворить.

Я развел руками.

– Тебе виднее. Кстати, может быть, именно потому, что во мне силы не осталось, я и рассуждаю так коряво?

– Очень может быть, – согласился Данк. – Рассудок подгоняет порядок действий под реальные возможности. Но об этом лучше было бы спрашивать у Сагастена.