Времяворот

А ваш человек проявил грубость и отказался пропускать меня.

Несколько секунд капитан напряженно размышлял, а затем громко произнес в сторону битого матроса:

— Пять ударов плетью после смены. Еще раз помешаешь делам — получишь сотню. А вы, уважаемый покупатель, — повернулся он ко мне, — проходите. Не стану допытываться, кто и зачем вас прислал, но всегда приятно встретить господина, знающего свою цель и способ до нее дотянуться. Как к вам обращаться?

— Аомар. — Коротко представился я. — Аомар, сын Кархеона.

— Кархеона… — Забормотал собеседник.

— Увы, нет. — Улыбка сама выползла на мое лицо. — Возможно продавца тканей зовут точно так же как отца, но это лишь совпадение.

— И кто же в таком случае ваш батюшка?

— Городской стратег.

— Почтенный человек. — Крякнул Надир, сглатывая слюну. — Как он поживает? Надеюсь, у него нет претензий к честным труженикам паруса и весел?

— Что вы, что вы.

— Приятно слышать. Но вернемся к делам. Вы упоминали, о конкретном рабе. Позвольте узнать, кто счастливчик?

— Проклятая.

— Проклятая? — Побледнел капитан. — Господин, уверяю, я бы ни за что не привез в Сиерру подобную тварь. Боюсь, вы ошиблись.

— Чернокожая луамка. — Уточнил я. — Пятнадцать лет, выглядит младше. Голубые глаза, светлые волосы. Красивая, но несколько мальчиковатая… Особенно в груди.

— Ваш осведомитель — сам дьявол. — Выдохнул моряк. — Не хотелось бы стать его врагом.

— Вы знаете, что для этого сделать. Уверяю, если мы договоримся, он оставит вас в покое.

— Это обнадеживает. Но как насчет цены? В квархаде проклятых покупают за весьма серьезную сумму…

Молча протянув торгашу электровую монету, я несколько бесконечно прекрасных мгновений наблюдал, как его челюсть тянется вниз, словно меж зубов застрял увесистый кусок чугуна.

— Включая цену молчания.

— Ни одна крыса не запищит. — Дернулся капитан. — Что б мне с гидрой соленой повстречаться!

— В таком случае, чего мы ждем?

Кивнув, явно нервничающий Надир отвел меня к нужной клетке, спрятанной за потайной дверью в трюме. Временами сюда запихивали до четырех невольников, но сейчас толстые стальные прутья сдерживали только одну — Инси. Впрочем, сдерживали было не самым верным словом.