Беглец из Крайпруса

Никогда мне ещё не доводилось воровать в шатре, полном людей, при этом крадя явно дорогую и ценную вещь.

Ещё пару минут я крутил головой, пытаясь заглянуть в глаза всем помощникам магистра, чтобы убедиться, что они ничего не заметили. Но взгляды были опущены. Мерул закончил ещё через пару минут, подошёл к чаше и с сожалением выгреб труху от драгоценных камней. Вся партия оказалась испорчена в одно мгновение.

Только сейчас в глаза попалась маячившая всё это время строчка, которую я никак бы не заметил сразу.

Повышен навык: Ловкость рук +1

Никогда бы не подумал, что от кражи может быть такой страх.

С трудом встав на ослабевших ногах, я направился к выходу, желая вдохнуть свежий воздух, но окрик чародея заставил вздрогнуть.

— Кса, у тебя мана восстановилась?! — рявкнул ещё злой за испорченную партию Мерул.

Повернувшись, я не сразу сообразил, о чём конкретно спросил меня чародей и лишь после нетерпеливого повтора сообразил, что нужно сделать. Проведя пальцем по воздуху, открыл меню и вгляделся в строчку с количеством маны.

Для полноценной партии её было слишком мало, поэтому я лишь помотал головой. Магистр буркнул и перевёл взгляд. Выбравшись из шатра, я глубоко выдохнул, тут же жадно вдохнул и присел прямо на землю. Камни уже лежали в небольшом кармашке на боку куртки, даже не имея своего веса.

Я сделал это. Так неожиданно для всех, включая себя. Теперь, если пропажа вдруг обнаружится, придётся быстро искать путь побега. Сейчас даже самому себе я не мог до конца ответить, для чего я сделал это, но поступить иначе я попросту не мог.

Что-то заставило меня это сделать, будто драгоценный блеск завладел моим сознанием.

Сейчас, потирая чуть выпирающий кармашек, я улыбался и одновременно хмурил брови. Редкое состояние, когда что-то подталкивает тебя к действию, когда ты даже этого не осознаёшь. Подобное случается лишь в особых случаях, когда устоять совсем невозможно. Последний раз такое было, когда я открыл свой навык травника. Это случилось давно, ещё когда я более юный ходил следами за охотничьим отрядом, развивая своего следопыта и обоняние.

Сейчас те времена подёрнулись туманной дымкой, и учуянный запах казался притворно-приторным, неестественным и нечётким. Следуя за охотниками, я обнюхивал их тропы, пытался различить запахи и даже узнать, кому они принадлежали. Удавалось не всегда, и многие незнакомые запахи до сих пор были загадкой. Но один. Тот самый, приторный и чарующий. Я запнулся, когда он ударил в нос.